Эти существа, лишенные когтей, с короткими клыками и ростом меньше пигмеев, выбрали себе единственный метод убийства: они сражались сообща и применяли оружие. Взяв в руки палки или камни, отряды доисторических охотников окружали и нападали на маленьких антилоп, позже они стали сражаться и с павианами. Одолев Макако и разбив ему голову дубиной, сделанной из ребра антилопы, они пировали его мозгами. Да, очень жестоким было начало жизни агрессоров, которые позже, через несколько миллионов лет, перешли к пулеметам и атомным бомбам, но такой образ жизни был честнее и вполне мотивированным — наши праотцы охотились ради пищи, а не ради забавы. Поэтому охота в процессе эволюции вознаградила человека за изобретательность тем, что — как промежуточный продукт создания более крупного и лучшего оружия — привела к развитию примитивной культуры и впоследствии к цивилизации.
Макако, выжив после исполнения в древности роли обезьяны Авеля с человекообразным братоубийцей Каином, был и остается вегетарианцем, питающимся кореньями. Он закусывает саранчой, скорпионами, ящерицами, лягушками, яйцами, птицами и даже меньшими по размерам млекопитающими, но нерегулярно и без той страсти, которую его родственники человеческого рода испытывают к красному мясу. Его физиология не требует постоянного поглощения бифштексов, отбивных, котлет, гамбургеров и сосисок, поэтому он не наделен присущим нам хищническим складом ума. Его главной проблемой является защита от хищников, особенно от крупных кошачьих, которым плоть павианов более по вкусу, чем наша. Таким образом, Макако научился защищать свои позиции, с яростью сражаясь сообща, он научился вести массовые оборонительные военные действия так же, как мы ведем массовые агрессивные военные действия.
Употребление эпитета «агрессивный» по отношению к павиану представляется мне серьезной ошибкой. Эти обезьяны живут мирно и по-братски относятся к обитающим рядом антилопам, зебрам, жирафам, бородавочникам, да и к любому не хищному животному, с которым они сталкиваются. Макако могут выкапывать корни под деревом, с которого слоны в это же самое время обрывают листья и ветки. Но, если павианов дразнить или провоцировать, если им угрожать, их охватывает безумная ярость и они посылают к черту своих врагов или бросаются в атаку на тех, кто нападает на них. Тем не менее они никогда не убивают людей и не охотятся на них и тем более никогда не пользуются, как мы, огнестрельным оружием.
У павианов, как и у большинства обезьян, имеется зачаточный инстинкт употребления оружия. Помимо того, что, озлобившись, они способны обрушить на врага залп палок, камней, грязи и даже помета, они, как известно, скатывают вниз с горы валуны на стреляющих в них людей. Таким образом, принимая во внимание эти и другие действия павианов, их вполне можно считать животными, пользующимися орудиями труда. К оружию они прибегают под влиянием момента и без подготовки, но им и в голову не придет носить палку или камень с собой постоянно, тем более специально мастерить кремень с зазубренными краями, копье, лук, стрелу, ружье, гранату и бомбу. Они целиком полагаются на свои огромные, созданные для сражений клыки, почти такие же большие, как у леопарда, и на грубую силу собственных очень мускулистых плеч и рук, сила которых дважды превышает человеческую. И еще их спасает тактика организованных военных действий, которую павианы применяют, защищаясь от более быстрых, более сильных и лучше вооруженных хищников.
Именно поэтому Макако живет и действует как скверная пародия на человека. Павианы тоже, как и мы, покинули Сад Эдема приматов, чтобы научиться жить под открытым небом в саваннах — собственном театре военных действий — и охранять свои территории. Те же приматы, которым не присуща тяга к приключениям, остались там, где и были. Остались, чтобы продолжать рвать фрукты или выкапывать корешки под удобной защитой своего фамильного древа. И им не приходится отражать нападение врага — они просто прячутся или удирают.
И это решение привело лесных обитателей к перспективе вымирания. Примерно из двухсот представителей отряда приматов — включая древесных тупай, долгопятов, лемуров, галаго, мармозеток, обезьян Нового и Старого Света, человекообразных обезьян и людей — сорок семь видов уже считаются «редкими и находящимися под угрозой исчезновения», согласно данным Комиссии по сохранению видов Международного союза охраны природы и природных ресурсов. Длинный список гибнущих приматов, зафиксированный в «Красной книге», включает двадцать шесть видов лемуров, восемь — обезьян Нового Света, девять Старого Света и четыре вида человекоподобных обезьян — карликового гиббона, орангутана, карликового шимпанзе и восточную гориллу. И причины сокращения указываются одни и те же: