Участвовали совершенно на равных, разглядывая меня и обсуждая мою дальнейшую судьбу. За общим гвалтом я не уловил, кем же был вынесен окончательный вердикт. Надеюсь, это был врач, а не сторож и не уборщица. Я получил бумажку с адресом, направление на осмотр. Надо сказать, сердобольные участники дискуссии предлагали меня довезти – кто на велосипеде, кто на автобусе, а один дядечка профессорского типа настаивал на такси и даже принялся вызывать его по телефону. Из опасения, что они всей компанией и повезут меня к народным врачам, я отказался от помощи и поехал в больницу самостоятельно. Вслед мне неслись пожелания выздороветь быстрее и рекомендации пить больше горячей воды. Последнее – универсальное китайское лекарственное средство. Пьешь много горячей воды – будешь здоровым всегда, ну или быстро поправишься. Не пьешь много горячей воды – дела твои плохи, а дни сочтены…
В народном госпитале, первый этаж которого был больше похож на причудливое смешение банка с вокзалом, я помаялся в разных очередях во всевозможные окошки – оплата приема, сдача анализов, оплата анализов, ожидание приема… Врач – бодрый, лысый, полнолицый, в круглых очках – внимательно посмотрел на меня, на распечатку анализа крови, снова на меня.
«Мне кажется, вы больны», – не допускающим возражений тоном наконец изрек он. Я не стал спорить и кивнул. Потом стеснительно поинтересовался, что за болезнь со мной приключилась. Ответ врача поразил честностью: «Не знаю». Я снова кивнул понимающе: будь я китайцем, врач быстро определил бы все. Но поскольку я носитель не известного ему лаовайского организма, дела мои темны и перспективы туманны. Едва вознамерился узнать, что теперь делать, как лицо доктора просияло. Врач порылся в ящике стола и выудил оттуда две крупные, с палец, ампулы. «Это очень хорошее средство! Китайское, – с гордостью сказал он, держа передо мной в раскрытых ладонях ампулы. – Какую выбираете?»
Я пригляделся. Названий не было. Одна ампула – с бесцветной жидкостью, другая – с подозрительной желтоватой. «Очень хорошее средство, очень помогает!» – подбадривал меня доктор. «Что это?» – спросил я. Врач вздохнул и повторил: очень хорошее средство, китайское. Для убедительности даже продублировал по-английски: «Чайниз медисин. Вели гуда». Предавшись фатализму, я махнул рукой: «Давайте обе!» Доктор испуганно замотал головой – нельзя, очень сильное лекарство. Нужно выбрать только одно.
За нашим общением с интересом наблюдало множество народу, помимо доктора и медсестры. Кто они такие, я не знал, но догадывался: обычные скучающие в очереди пациенты, решившие зайти вместе со мной в кабинет врача и посмотреть на «собачку говорящую». Врач к их желанию отнесся спокойно и не гнал прочь – давал соотечественникам возможность вдоволь налюбоваться на лаовая.
Я колебался, как Нео из «Матрицы», когда ему предлагали синюю или красную пилюлю.
Самурай Ямамото Цунэтомо в подобных случаях советовал: «В ситуации “или-или” без колебаний выбирай смерть». Вооружившись этой яростной мудростью извечных врагов Китая, я отказался от обеих ампул, поблагодарил всех за заботу и поспешил покинуть переполненный кабинет.
«Пей больше горячей воды!» – раздалось мне вслед. Я послушался их и выздоровел. Через неделю.
Но, к сожалению, даже усердное и обильное питье горячей воды не во всех случаях выручает. И если уж суждено попасть в местную больницу, то надо приготовиться к тому, что и методы лечения будут сильно непривычными, и сами «условия содержания». Моя знакомая девушка Полина, давно живущая в Китае, однажды утром проснулась и почувствовала легкую боль в животе, с правой стороны от пупка. Боль то угасала, то проявлялась снова. А дальше… Вот ее собственный рассказ, как все было.
«У лаоваев все по-другому», – слышу я, возможно, в пятый раз за два дня и переворачиваюсь на другой бок, к окну, чтобы не видеть кишащую, бурлящую пациентами и их родственниками палату.
В больницу я попасть не стремилась совсем. Ведь в Китае я не первый год, и не второй, и не третий, обращаться к здешним лекарям раньше уже приходилось, и эти самые обращения и сформировали стойкое желание держаться от местных госпиталей подальше. К вечеру того же дня, когда я почувствовала боль в животе, ситуация настолько усугубилась, что я бы при всем желании не смогла уснуть. Живот болел уже постоянно, кажется, зона боли расширилась. Появился озноб. На страх и риск выпила таблетку, но эффект оказался очень краткосрочным. Решено было все же ехать в больницу, потому что надеяться на скорую помощь ночью иностранцу в Китае, ну, как бы легкомысленно, что ли.