Зашил он меня отлично. И даже, когда пришло время снимать повязки, отказался от предложенного мной благодарственного обеда. Лишь пожал руку и сказал, что был рад попрактиковать свой английский. Пригласил заходить еще и искренне посмеялся ответу «Спасибо, уж лучше вы к нам!»
«Когда нет денег – нет любви»
Китай – это не другая планета, как часто любят его называть блогеры-путешественники. Это просто необычная, очень интересная страна со своей длинной историей и традициями, растянутыми не на века даже, а на тысячелетия. А люди всегда остаются людьми, во все времена – со своим желаниями, надеждами и даже пороками. Поэтому в Китае есть практически все, что имеется и в других странах. В том числе, конечно, и проституция. Отношение властей и общественной морали к этому явлению далеко не всегда было отрицательным. Так уж сложилось, что в течение столетий проституция была неотъемлемой частью культуры. Наложницы славились умением складывать изящные стихи и поддерживать беседы. Женщинам легкого поведения посвящались картины, сочинялись в их честь музыкальные произведения, о них слагались легенды. Конечно, далеко не всегда и не везде все происходило так возвышенно. В узких переулках на окраинах существовали невообразимо грязные дешевые бордели и притоны, в которых почти потерявшие человеческий облик женщины были готовы обслужить невзыскательных клиентов. На заре прошлого столетия за ситуацией принялись следить и взяли ее под государственный контроль. В Китайской Республике – многим известной сейчас под названием Тайвань – труженицам секс-индустрии выдавали специальные разрешения на работу, ставили их на учет. Хозяин борделя давал за каждую девушку свое поручительство, оформлял документы – все это было обязательно и строго контролировалось властями.
Двадцатый век с его упрощением нравов все более вытеснял древние традиции, наступая и на консервативный Китай. Заведения, где состоятельные господа прежде всего наслаждались пением и актерским мастерством девушек, а все остальное считалось просто приятным завершением вечера, постепенно вырождались в заурядные публичные дома. В них уже никому особого дела до лицедейства не было, а устремлялись туда исключительно за сексуальными утехами. Канули в прошлое времена, когда посещение борделя больше походило на выход мужчин в свет, где они отдыхали или собирались обсудить текущие дела. Города разрастались, менялся состав населения и его численность, количество солдат и работников с соответствующими их жизненному уровню запросами увеличивалось стремительно. Публичные дома расширяли свои штаты, набирая любых девушек, особенно из городской и деревенской нищеты. Ни о каких возвышенных отношениях, искусстве и тонком вкусе уже речи не шло. Рынок реагировал на растущий спрос. Многих девушек продавали в такие дома их же родители – отношение к женщине в Китае было немногим лучше, чем к животным.
Все это длилось вплоть до октября 1946 года, когда Мао Цзэдуном было провозглашено создание Китайской Народной Республики. Любопытно, что уже в следующем месяце власти приняли резолюцию о необходимости закрытия всех публичных домов. Напрашивается вывод, что проблема была довольно острой, раз правительство только что образовавшейся страны уделило ей практически первоочередное внимание. К услугам проституток китайцы прибегали на протяжении всей своей истории, поэтому когда перед новой властью КНР встал вопрос о борьбе с продажной любовью, многие сомневались в успехе. Но за дело китайцы взялись со свойственными им энтузиазмом и энергичностью. В столице организовали большую облаву, которая накрыла две с половиной сотни борделей. Арестовали и отдали под суд полтысячи их владельцев, а вслед за ними отправили в тюрьму множество проституток. Следом случились такие же массовые аресты с закрытием домов терпимости и в других крупных городах. Одновременно с этим начали открываться исправительные учреждения для перевоспитания бывших жриц любви – там они могли обучиться разным более полезным молодой стране профессиям.