Выбрать главу

Ну что я им могу на это сказать? Что в Израиле с населением в один большой китайский или индийский город, все обстоит совершенно так же? Что вся эта опасная для бизнеса суета происходит из-за амбиций людей, а не цвета их паспортов? Что люди одинаковые, когда дело касается борьбы за власть?

* * *

Китайский сотрудник признался, что знает одну фразу на русском, но ему надо вспомнить, как она произносится. Я, конечно, сразу превратился в сплошное ухо, предвкушая что-то необычное. Он стучит водителя по плечу и спрашивает его, как зовут самую крутую русскую теннисистку. Водитель отвечает: «Мария Шарапо́ва».

Сотрудник поворачивается ко мне и говорит: «С Новым годом!», а потом добавляет: «Ее фамилия всегда помогает вспомнить эту фразу».

* * *

Около гостиницы, где я обычно останавливаюсь, когда езжу в китайский офис, есть массажное заведение. Возможно они еще какие-то волнительные услуги оказывают, но мне только массаж нужен. Так вот я заметил, что когда в стране происходит важное политическое событие и (видимо) полиция лютует, массажистки меняют очень короткие платья на спортивные костюмы. А недавно смотрю, мало того что костюмы, так еще и двери в массажные комнаты сняты. Спрашиваю менеджера, что за дела. Она говорит: «Председатель Си где-то в двух провинциях отсюда заседает!»

Вот это я понимаю – ответственность.

Мол, ничего не скрываем, дорогой товарищ, смотрите сами. Исключительно оздоровительные мероприятия для трудящихся проводятся, никаких «излишеств».

* * *

В Гонконге хорошее снотворное выдают только в поликлинике, зато почти без проблем. Недавно прихожу за «допингом» для авиаперелетов (чертова аэрофобия) и говорю врачу: «Доктор, мне нужно снотворное, у меня…», а он, не давая закончить: «С бизнесом проблемы? Да, биржа сейчас нестабильная, понимаю. Вот курс на пять дней, не переживайте, все наладится».

Ну и город.

Одни мысли – о деньгах…

Другое мнение

В прошлые выходные мне довелось побывать в Бангкоке и пообщаться с близким другом, переехавшим туда из Китая два года назад. Мы давно не виделись, и у нас было всего неполных три дня, чтобы обсудить уйму впечатлений. Темы менялись с бешеной скоростью: путешествия, политика, экономика, Корея, Япония, тайки… Но среди всей этой мишуры тема китайцев и их особенностей выделялась особенно ярко.

Дело в том, что до переезда в Бангкок мой друг прожил в Китае более двенадцати лет. За это время он овладел путунхуа, немного выучил кантонский, объездил невероятное количество мест по делам и ради досуга, работал с китайцами и на китайцев, активно «дружил» с местными девушками, пил и пел в КТВ, расслаблялся в саунах, заводил связи, осваивал кухню, уважал традиции, разбирался в искусстве и… от всей души возненавидел Китай.

Он приехал в Китай, когда ему было восемнадцать, и через десять непростых лет, как только стало возможно вести дела дистанционно, он принял решение валить. Сейчас ему тридцать три, и, слушая на веранде бангкокского отеля его рассказы, я отчетливо понимаю – он сделает все, чтобы не вернуться в страну, когда-то ставшую ему домом.

Я прекрасно помню, как в поисках нового места жительства он два года метался то в Гонконг, то на Тайвань, примеряя их на себя, пока не понял – уезжать надо гораздо дальше, ведь эти страны – тот же Китай, но в красивой упаковке, лишь прикрывающей «ущербную китайскую мораль и принципы», которые он знает, ненавидит и желает жить с ними раздельно. Так как он любит Азию, этим «дальше» стал Таиланд, но я уверен, Бангкок – не последнее его пристанище, ведь имея деньги и желание развиваться, жить можно где угодно, и даже визовые трудности, чинимые ему, обладателю российского паспорта, в разных странах – не помеха.

Вы спросите меня, что же нового негативного о китайцах я узнал от этого «знатока Китая, выбравшего сторону Зла». И я отвечу – ничего такого, чего я не видел сам или не читал в отзывах других: эгоцентризм, вульгарность поведения, жестокость по отношению к животным и прочие «прелести», которые некоторые особо лояльные маскируют выражениями вроде «ну это же китайцы, они у себя дома, им можно».