Народная легенда утверждала, что на дне моря хранятся бесчисленные сокровища, принадлежащие царю-дракону, который живет в роскошном дворце, построенном из драгоценных камней. Отсюда появилось выражение: «Богат, как царь-дракон». Чтобы выразить свое преклонение перед повелителем водной стихии, люди строили на берегах рек, озер и морей кумирни.
В парах, поднимающихся с земли, древние китайцы видели очертания взлетающих драконов, которые якобы принимали вид облаков. Облака-драконы возили на себе духов и бессмертных небожителей.
Засуха и наводнения издавна приносили китайскому народу разорение, нищету, голод. Кто мог помочь в борьбе против стихийных бедствий? Конечно же, царь драконов. Религиозные процессии в честь дракона проходили в Китае в разное время года. Особенно много их было в мае, когда от горячих солнечных лучей трескалась земля, и в июне, когда после дождей народ выражал благодарность дракону за его доброту. Составным элементом такой процессии был танец дракона.
Рядом с мифическим чудовищем колыхались знамена различных цветов: желтые и белые символизировали ветер и воду, черные и зеленые — тучи. Один из участников церемонии нес на коромысле ведра с водой, которой кропил прохожих, приговаривая: «Приди, о дождь! Приди, о дождь!» Процессию сопровождала шумная толпа. Матери посылали сыновей подбирать огарки свечей, падавшие с туловища дракона, — такие огарки служили защитой от засухи. На пути процессии раскладывали костры — на них сжигали «жертвенные деньги». Крестьяне окрестных деревень с ивовыми венками на голове, с курительными свечами и «жертвенными деньгами» в руках под звуки гонгов направлялись в городской храм дракона, где, совершив древний ритуал поклонения, обращались к божествам с петицией о ниспослании дождя. При этом распевались молитвы-просьбы:
Эта процессия так и называлась по-китайски ци-юй — «моление о дожде».
Облака в зависимости от их цвета могли быть вестниками бедствий или благополучия: багровые предвещали засуху, черные — наводнение, белые — смерть, желтые — плодородие. Тучи связывались с образом взлетающего черного дракона, ведавшего дождевыми водами. Если в положенное время не было дождя, это объясняли тем, что черный дракон почему-то задержался в пучине вод.
Иногда во время религиозных церемоний «роль» дракона исполнял крокодил. «Я видел, — вспоминал американский китаевед К. Вильямс, — как во время засухи по улицам Нанкина несли на небольших носилках маленького крокодила, а рядом шли верующие с курительными свечами. Это делалось для того, чтобы вызвать дождь».
Продолжительная засуха рассматривалась как отказ дракона послать дождь. Тогда возле его изображения устраивались молебствия. Если же и после этого поля оставались сухими, то исполнялся обряд «бичевания дракона»: по сделанному из глины или другого материала дракону наносили удары плетью или бамбуковой палкой, требуя ниспослать дождь; бумажного или матерчатого дракона разрывали на куски. Доставалось даже царю драконов: за «плохую работу» его изображение выставляли под палящие лучи солнца — пусть на себе испытает, что такое жара.
В народе рассказывали, что как-то во время продолжительной засухи маньчжурский император Цяньлун отправился в Храм черного дракона, что находился на Западных горах в Пекине, помолиться о ниспослании дождя. Дракон остался безучастным к его молитвам. Разгневанный император повелел изгнать дракона в пустынный район Маньчжурии, в провинцию Хэйлунцзян. Путешествие дощечки с надписью «дракон» к месту ссылки началось в сезон большой жары. Чем дальше удалялась от Пекина «дощечка дракона», тем становилось жарче и душнее. Наконец, после того как было преодолено уже значительное расстояние, дракон «раскаялся» и ниспослал дождь. Тогда император Цяньлун повелел вернуть его на прежнее место.