Много потрудились алхимики в поисках эликсира бессмертия. Чем только не пользовались для его изготовления: киноварью (сернистая ртуть), серой, неочищенной селитрой, мышьяком, слюдой и т. д., а также каменным и персиковым деревом, золой от тутового дерева, различными кореньями и травами. Кроме того, в дело шли золотая и нефритовая эссенции, изготовленные из золота и нефрита с помощью мистических формул.
Для достижения бессмертия и неуязвимости необходимо было усвоить целый комплекс гимнастических упражнений, а также выучить заклинания. «Первая ступень святости» достигалась гимнастической тренировкой за сто дней, а «вторая ступень святости» — за четыреста дней.
Разработаны были различные приемы дыхания: как дышать подобно жабе, черепахе, аисту, которые живут дольше человека. Такие упражнения, по утверждению даосов, давали возможность духам в теле человека сосредоточиться на самих себе; отрешившись от всего земного, человек входил в соприкосновение со сверхъестественными силами. «Подобное раздвоение личности, — писал известный русский китаевед А. В. Рудаков, — на две части, материю и дух, с уничтожением всех точек соприкосновения их между собой должно прежде всего отразиться на теле индивидуума, который в этих случаях либо впадает в транс, либо приобретает вид как бы безумного».
По убеждению даосов, обильная пища способствует быстрому старению, поэтому, чтобы продлить жизнь, надо отказаться от мяса, пряностей, овощей, вина. Не рекомендовалось есть пищу, приготовленную из зерна: духи внутри тела не выносят резких запахов, образующихся от такой пищи, и потому могут покинуть человека. Лучше всего вообще питаться собственной слюной. Слюна, по даосским верованиям, считалась живительным средством, которое дает силы человеку.
Однако даже самые фанатичные приверженцы даосской религии, прожив всю жизнь отшельниками, в конце концов умирали. Загробное их бытие представлялось даосам так. Когда кончается жизнь человека, на земле остается его тело, а душа, подобно фениксу, возносится ввысь — к бессмертию. С этого времени она становится духом и посещает небесные обители.
Существовало и другое поверье: духи уносят с собой на небо тело умершего даоса. В этом случае происходят таинственные превращения: благодаря выпитому чудесному зелью, принятым растительным пилюлям или заученной волшебной формуле тело даоса навечно становится неувядаемым.
Отведав эликсира бессмертия, даос вступает в вечную жизнь, ведет такое существование, которое не зависит от материальных законов, пребывает в прекрасных гротах на священных горах или на благословенных островах и т. д. Но это уже не смертный человек, а дух, свободный от воздействия земных сил.
После того как духи усопших мужчин и женщин обретали бессмертие, их физический облик даже через тысячелетия оставался таким же, каким он был в земной жизни. Духи поднимались выше облаков, переносились куда им заблагорассудится, но для постоянного обитания выбирали строго определенное место. Хотя на земле они появлялись в обычной одежде, но по выражению лица их сразу же можно было отличить от людей.
Мистика была душой даосской религии, и это проявилось, в частности, в использовании различного рода талисманов и амулетов. Их писали красной или черной тушью на узких полосках желтой бумаги и приклеивали над дверью, перед спальней, носили в волосах, хранили в семейных сундуках. Слева на таких полосках бумаги рисовали кабалистические знаки (сочетание различных линий и нечетко написанных иероглифов). Справа разъяснялось назначение талисмана и способ обращения с ним. Верующий не мог понять смысл кабалистических знаков, и это создавало атмосферу таинственности. «Заклинания на бумаге, которыми можно изгнать злого духа и вылечить болезнь, — писал великий китайский писатель-демократ Лy Синь, — держатся исключительно на таинственности письменности. Раз письменность является священной, то и знающие письменность стали святыми». И еще из Лу Синя: «Сила написанных заклинаний заключается только в том, что они похожи на письменность и к тому же никто, кроме даосских монахов, их не понимает».