Обобщая вышеприведенные примеры, можно утверждать, что на двух раздельных территориях по разные стороны Тайваньского пролива выделяются следующие лексические группы:
• слова, совпадающие по написанию, но различные по значению, имеющие общие форму начертания и произношение, но употребляющиеся в разных контекстах;
• слова, совпадающие по значению, но различные по написанию;
• заимствованные слова;
• слова, употребляющиеся только на одном берегу Тайваньского пролива.
Как известно, советский политический строй и общественно-экономическая политика оказали сильное воздействие на создание государственности Китайской Народной Республики. Вместе с коммунистическими идеями, идеологическими учениями в повседневную жизнь народа на материке проникает и русский язык <…> А на Тайване, кроме влияния японского языка, проявляющегося, в частности, в заимствовании слов, наблюдается заметное влияние южноминьского языка.
При рассмотрении четырех основных групп слов, иллюстрирующих языковые различия между Китаем и Тайванем, может создаться впечатление, что между двумя территориями существует настоящая языковая пропасть. На самом деле разница в языке не такая большая, как кажется. По данным статистики, опубликованным в «Современном словаре китайского языка на двух берегах Тайваньского пролива», из 46 000 словарных статей 43 700 являются общими для обеих форм языка, что составляет 95 % лексики. Получается, что количество слов, которые различаются по своему употреблению на этих двух территориях, составляет лишь 5 %. Но именно эта 5-процентная разница в лексике как раз и вызывает основные трудности во взаимопонимании жителей обеих территорий.
Наверное, практически любой ведущий язык мира сталкивается с подобной ситуацией. Типичные примеры – английский язык в Великобритании и в США, испанский язык в Испании и в Южной Америке, французский язык во Франции и в Квебеке.
Язык, в частности письменность, определяет национальный характер. Только такие дотошные и усердные люди, как китайцы, могут толком выучить свой язык вместе с иероглифами!
На самом деле, язык (в частности, письменность) не просто определяет национальный характер. Сам китайский менталитет, возраст которого измеряется несколькими тысячелетиями, каким-то образом формировался и передавался от поколения к поколению. А ведь на протяжении этого времени подавляющее большинство населения Китая оставалось неграмотным (по крайней мере, до середины ХХ века). Так как же все происходило?
По мнению историка и социолога С. А. Просекова, «это была по преимуществу не визуально-письменная, а аудиальная культура, культура “уха”, а не “глаза”, в которой речь и слух доминировали». С другой стороны, в китайском языке самое главное – не слух.
В китайском языке самое главное не слух, а, как и в изучении любого другого языка или предмета, упорство и желание. Китайский язык, безусловно, сложный, я не говорю обратного. Но, как говорит русская пословица, терпение и труд все перетрут. У Николая Баскова прекрасный слух, а китайского он не знает. Почему? Потому что он ему просто не нужен.
Китайский язык, и прежде всего письменность, – это пример языка, опирающегося на визуализацию.
Из всех великих культур древнего мира китайская культура – единственная, которая дожила до наших дней, сохранив при этом и свою систему письма.
С самого начала китайское письмо состояло из иероглифов, представлявших собой частично изображения, частично символы. И устный язык в Китае также имеет свою особенность, заключающуюся в том, что фонетический состав китайского языка сильно ограничен: в разных диалектах насчитывается всего от 420 до 900 звуковых комбинаций.
Такого малого количество слогов сильно не хватает для того обилия предметов и явлений, которые нуждаются в звуковом обозначении. Разнообразие звуков достигается за счет тонирования – произнесения слога тем или иным тоном (их насчитывается от 4 до 9 в разных диалектах), который неразрывно связан со словом. Такая фонетическая система порождает множество омонимов в языке.