«А ты что делала?» «А почему кофта порвана?»
Внутри у Геры медленно нарастал ком гнева на себя, на брата, на Даню и на весь мир, который вчера видел её в неприглядном виде. Но поблизости был именно брат.
– Да заткнись ты, мать твою!!! Как же ты меня задолбал! – взорвалась наконец она. – Хочешь знать, что происходит за пределами твоей комнаты, выходи, сучёныш, на улицу! Сам ходи на дискотеки и не трогай меня!
– Нет, уж, спасибо. Не хочу я на такие дискотеки, – засмеялся Марк в ответ.
– Слушай, я не знаю, откуда ты в последнее время набрался столько наглости и уверенности, но я тебя предупреждаю: не играй с огнём, – из последних сил сдерживая ярость, проговорила Гера.
– Там, где я беру уверенность, все играют с огнём. Я открыл свою дискотеку с клоунами и глотателями шпаг! – захихикал Марк.
– Вот жеж долбанутый урод, – процедила сквозь зубы Гера.
Марк нисколько не удивился такой реакции и, вместо того, чтобы благоразумно замолчать и уйти читать книжку в другую комнату, решил продолжить диалог с сестрой, на который он так долго напрашивался:
– А ты что там делала? Тебя полиция тоже допрашивала? Тебе что, стыдно сказать? Стыдно?
– Почему бы тебе не пойти поиграть на улице? Ты не видишь, что ли, я плохо себя чувствую, – прищурив глаза, спросила у Марка сестра. Она бы и сама с радостью удалилась из квартиры, лишь бы не видеть брата, но страх показаться на глаза кому-то из вчерашней тусовки был слишком велик.
– Там дождь вообще-то, Наташа. Сама туда и иди. Это и моя комната тоже, если ты не забыла.
– Всё, моё терпение лопнуло,– рявкнула Гера и встала с кресла, – пошёл вон отсюда!
Она схватила Марка за ухо и потащила к двери, а тот замахал руками и заверещал, как сирена.
– Пустииииии! Больнаааааа! – переходя на ультразвук вопил он.
– Вали вон, дебил! – крикнула Гера и вытолкала Марка в коридор. – Сиди на кухне, если не хочешь, чтобы я тебе ухо оторвала!
Вена у неё на голове пульсировала, руки тряслись от ненависти и адреналина в крови, а рассудок был замутнён агрессией.
– Дура! – голосом, в котором слышались слёзы, отозвался Марк и бросил через полуоткрытую дверь в комнату мячик для сокса.
Увесистый шар попал прямо Гере в спину.
– Да ты совсем охренел! Драться со мной вздумал? – взвыла она и, угрожающе блестя зелёными глазами, направилась к коридору. Боли не чувствовалось, но сам факт, что её задохлик-брат решил ввязаться в драку, окончательно вывел её из себя.
Марк стал в оборонительную позицию, выставив перед лицом кулаки. Его сестра буквально ополоумела от злости. Она надвигалась на него, как танк, махала руками, как берсеркер, пыталась вцепиться Марку в волосы, ударить ногой. Но тот отступал спиной, уворачиваясь от всех опасных ударов.
Тогда Гера решила давить его морально.
– Я тебя знать не хочу! Ходишь вечно с этой дурацкой ухмылкой, бубнишь себе что-то под нос. У тебя даже друзей нет! Только я с тобой и вожусь. И где благодарность? За все мои старания ты мне платишь ударом в спину! Слабак! Предатель!
Но предатель даже не думал расслабляться и сдавать позиции. Он только сжал губы и пристальней следил за манипуляциями сестры, ловя её за поднятые ноги или отбиваясь от когтистой руки.
Но с Герой так делать было нельзя. Даже если бы Марк отбил все её удары, заломил ей руки и сел на неё сверху, у неё всегда оставался один приём. Запрещённый удар. Удар-табу. Смертельный приём, которым в жизни можно было воспользоваться лишь раз.
Гера остановилась и перестала махать кулаками.
– Я не буду с тобой драться. Ты больной придурок и этого не достоен. Выдумал себе какого-то Арсена и разговариваешь с воздухом! Шизофреник! Если в следующий раз захочешь с кем-нибудь подраться, зови его. А я на это посмотрю и посмеюсь! Ты просто жалок.
– Ты сама шизофреничка! Арсен настоящий! Он мой друг!
– Ну, конечно-конечно. Посмотри на себя, кретин! – Гера воспользовалась паузой, схватила Марка за волосы и потащила его обратно в комнату, к зеркалу. – Кто с тобой будет дружить, а? Нет у тебя никакого друга. Выдумал ты себе любовничка своего. Надо было давно-о-о тебе рассказать. Может, у тебя хватило бы ума, самому в психушку сдаться.
– Арсен настоящий!! Настоящий! Все его видят!
– Ты больной полудурок. Нет никакого Арсена! Это твой воображаемый друг! Никто с тобой не дружит! Очнись! Оглядись по сторонам! Ты живёшь в своём вымышленном мирке с клоунами и шпагоглотателями!
– Арсен есть! Вот же он! Он же здесь в кресле всё это время сидел! – Марк в истерике подпрыгивал и тыкал пальцем в пустое кресло.