- Ложись удобнее! – застелив его чистой хлопковой тканью, посоветовала Иксочитль. – Руками схвати вот здесь, а ноги упри вот сюда. – рассекретила она для меня назначение колышек. – Так тужится будет удобнее.
- Это родильный стол нашей семьи! – Зиянья с любовью погладила старое дерево. – Я на нем всех своих детей родила.
Иксочитль тем временем налила отвара и протянула кружку мне.
- А теперь выпей!
В нос тут же ударил ни с чем не сравнимый аромат сасауактли.
Ну, хоть что-то знакомое!
Эту траву заваривали специальным образом, она очень хорошо помогала от разрывов. В отваре чувствовался и вкус других травок, что неплохо обезболивали. В этом плане женщинам Америки повезло больше, чем их европейским подругам. В Анауаке лучше умели пользоваться богатством растений. Не страшась быть обвинёнными в колдовстве и заживо сгореть на костре инквизиций, матери бережно передавали знания своим дочерям и внучкам.
В то время, как в Европе шестнадцатого века при родах погибала каждая третья женщина, а каждую вторую забирала с собой родильная горячка, женщины Мезоамерики умирали значительно реже. И все благодаря знаниям, что не подвергались церковным гонениям. Так старая Чипохуа учила нас с Коаксок как можно аккуратно повернуть, неправильно идущего ребенка. А сколько соков и отваров использовалось при родах! От кровотечений, для обезболивания, для стимуляции.
Но все же спасибо, что моя малышка промучила меня не слишком сильно! Уж мне, повидавшей за этот год немало, это было понятно! Роды оказались быстрыми и не тяжелыми. Прилично насмотревшись на чужие, я больше всего боялась осложнений.
Ведь местные повитухи, хоть и были вооружены знаниями лучше, своих европейских товарок, тоже были не всесильны! А шансов столкнуться с осложнениями было много…
А лечить их практически не умели.
Я прекрасно понимала, почему женщину, умершую родами, хоронили в храме богини Сиуакоатль. Ведь не каждый воин вытерпит подобное! Смерть женщины редко была мгновенной. Роженица могла умирать несколько дней, а иногда и недель, находясь в сознании и испытывая сильные мучения, лишь слегка притупленные растительными галлюциногенами.
Но, Слава Богу, Сиуакоатль или Тласолтеотль, все обошлось!
Я с жадностью вглядывалась в сморщенное, словно у древней старушки, красноватое личико моей доченьки, ласково проводила пальчиком по такой маленькой-маленькой щечке и нежно улыбалась. В груди разрастался тугой узел скрученных эмоций: «Господи, если ты все же есть, спасибо тебе за это чудо!»
- Китлали, я заберу внучку, тебе нужно отдохнуть. – тихо попросила Зиянья.
- Нет! Нет! Нет! – тут же запротестовала я. – Я еще не устала! Да и Уанитль еще не пришел!
Словно только и ожидая этих слов, занавесь, заменяющая дверь тут же откинулась, являя моему взору запыхавшегося мужа.
- Где? – задал он вопрос, увидев первым делом Зиянью. Меня же, уже приведенную в приличный вид, то есть обмытую и причесанную, лежащую на перине и горе подушек, сразу заметить было трудно. Но стоило только взгляду Уанитля скользнуть в нашу сторону, его лицо просияло моей любимой бесшабашной улыбкой, что так шла супругу.
- Китлали! – бросился он в мою сторону.
- Так, молодой папаша, погоди! – остановила его бабушка в нескольких метрах от моего ложа. – Сначала традиции!
Зиянья повернулась ко мне.
- Дай малышку!
Я передала ей яркий сверток, что недовольно кряхтел, оторванный от маминой груди.
Зиянья на пару минут залюбовалась нашей маленькой принцессой, а потом подошла к застывшему Уанитлю, и положила сверток прямо на циновку.
- Уанитль, принимаешь ли ты в наш род нового человека, признаешь ли перед богами и перед людьми ее своей дочерью, клянёшься ли заботится и оберегать?
- Принимаю и клянусь! – стукнул себя в грудь Уанитль, а потом с таким восторженно-горделивым лицом поднял нашу малышку с пола. А с какой нежностью он смотрел на нашу дочку в своих сильных руках, посылая мне горящий взгляд полный обжигающей любви и благодарности. Как бережно прижимал к своей груди, присаживаясь на колени рядом со мной.
– Такая маленькая! – улыбался мой принц. - Спасибо! Спасибо! – в глазах мужа стояли слезы счастья. Как и у Зияньи, что смотрела сейчас на нас, стоя чуть поодаль.
Да и у меня что-то…
- Я самый счастливый человек в этом мире, Китлали! И все это благодаря тебе! Я каждый день не перестаю благодарить Богов, что они подарили мне тебя! – шептал мой принц, держа на руках нашу дочь. – А теперь я буду благодарить вдвойне!
- Нет, это тебе спасибо, мой принц! - тихо ответила я.
И получила в ответ взгляд, что сказал в сто раз больше, чем самые долгие признания в любви!