- Охотники еще не вернулись, и мы не знаем, будут ли благосклонны духи леса к нам этой зимой.
- Я понял тебя, старик. – произнес Уанитль. – Женщины останутся здесь.
После угощения мужчины отправились на другой берег. Быстрая Стрела всю дорогу пытался что-то, а точнее кого-то высмотреть. Но Сокнайт, еще с утра ушла вместе с Надюшкой и Атли помогать бабушке Какалотль, в доме которой окончательно обосновался детский сад. Я же поторопилась в общую столовую, решать куда будем заселять беженцев.
К моему приходу женщины и дети были накормлены. Они сидели неподалеку прямо на земле, скрестив ноги по-турецки и сгрудившись в небольшой кружок. Уставшие и разморенные после еды дети спали в центре, на каких-то тряпках. Женщины же тихо о чем-то переговаривались. О чем именно никто не понимал. Но по той обреченности, что сквозила в глазах, становилось понятно, что ничего хорошего женщины от нас не ждали.
Завидев меня, банноки (или банночки, как правильно то?) повскакивали со своих мест. И тут же бросились мне в ноги, о чем-то умоляя. К сожалению, я их не понимала. Была идея попросить шамана перевести (как-то же он с ними общался всю дорогу!), но мужчины уже вышли из деревни.
Погладила по плечу ближайшую ко мне. Женщина чуть ли не целовала мне ноги, о чем-то умоляя на своем языке.
- Все будет хорошо! Успокойтесь! – я попыталась ее поднять. Но мне этого не удалось.
Женщины не пропускали меня к столовой, ползая на коленях и о чем-то умоляя. Именно эту картину: стоящую в шоке меня с глазами полными отчаяния и ползающих вокруг женщин, а также присоединившихся к ним детей (некоторые мамаши специально будили своих чад и заставляли ползать за мной), увидели женщины, вышедшие на крики из столовой.
С криками:
- Не смейте трогать нашу принцессу! – женщины кинулись мне на выручку. Но и им не удалось оттеснить ползающих банноки от меня. Они сами увязли.
Порядок сумел навести лишь отряд возвратившихся охотников.
Достаточно было только крика Матлала и банноки столпились в кучку, подхватив детей.
- С Вами все хорошо, принцесса? – спросил командир отряда.
- Да! Наверное! – неуверенно ответила я. Меня бил озноб, я пыталась согреться, обхватив плечи руками.
Командир отряда что-то хотел ответить, но его перебила вылетевшая из-за поворота, запыхавшаяся Коаксок
- Принцесса! Китлали! Там раненый…
- Умер?
- Нет, нет! Что ты!
Коаксок наклонилась, уперев одну руку на колено, а ладонь другой выставив вперед.
- Нет! Нет! – повторила подруга, переведя дыхание. – Он в себя пришел. Вот.
Глава 23. Стекло.
Я тут же отправилась с Коаксок. Вслед за нами быстрыми шагами шли Матлал с несколькими воинами.
- Он может быть опасен! – ответил на мой взгляд командир охотников.
На это мне было ответить нечего, я лишь задержала взгляд на женщинах банноки, что плелись сразу после воинов.
В лазарете тлела масляная плошка. В колыхающем и неверном свете которой, было трудно что-то разглядеть.
- Боже, дон Райес, как вы тут дышите? – первым делом спросила я испанца, - Откройте настежь дверь и ставни.
- Но, принцесса! Больной еще не стабилен. Сквозняк его может убить!
- Какой к черту сквозняк? На улице теплее, чем здесь. Он скорее задохнется от этого чада. У Вас кончались свечи?
- Да. – смутившись ответил Мигель. И отправился открывать ставни. Дверь успел открыть зашедший Матлал.
В комнате стало значительно светлее. И я смогла рассмотреть бледное лицо индейца, укрытого несколькими одеялами.
- У него жар? – спросила испанца, правда, успев уже положить руку на лоб больного, смотревшего на меня немного насторожено.
- Был. – утвердительно кивнул Мигель, - Коаксок растирала его уксусом.
- Теперь вроде нет. – я сняла с нашего больного лишнее, оставив лишь один слой. – Кто Вы? – спросила по-ацтекски.
Но меня не поняли.
Повторила тот же вопрос на отоми.
С тем же результатом.
Попробовала спросить на языке соседнего племени.
Больной тут же что-то залопотал, с поправкой на свое состояние. Так как говорить ему все еще было трудно.
- Тише! Тише! – аккуратно надавив на грудь, уложила мужчину обратно. Одно плохо, на этом языке я знала лишь несколько фраз. Придется возвращать соседского шамана.
Тут из рядов женщин банноки, окруживших дом, раздался возглас радости.
- Ичтака! Ичтака! – запричитала одна из женщин, старательно проталкиваясь сквозь строй воинов и что-то еще крича на своем языке.