К пуэбло мы добрались ближе к вечеру.
И мне, уже представлявшей в мыслях остроконечные верхушки традиционных вигвамов, пришлось жестоко ошибиться.
Поселение пуэбло было похоже на огромную пирамиду. Представьте себе, что вы построили пирамиду из глиняных блоков метров в пять в ширину и метра два в высоту. Сложите их в три яруса. Причем между первым и вторым почти нет уступа, а вот между вторым и третьим – широкая терраса. И вот перед Вами поселение пуэбло. Одной стороной эта «многоэтажка» упиралась в отвесную скалу, а другой в пологий берег реки. К нам же выходила практически гладкая глиняная стена с небольшими оконцами и торцами балок перекрытия.
- Вот это да! – я даже присвистнула от такого вида.
- Что-то нас не встречают! – рядом со мной и Уанитлем остановилась Зиянья.
В этот момент отворилась малозаметная дверь на втором этаже и на небольшой парапет, образованный выступом первого этажа вышел Седой Койот.
- Мы рады встретить дорогих гостей! – поприветствовал он нас. И отодвинувшись в сторону пропустил юношу с приставной лестницей. Вслед за юношей высыпались и другие воины, каждый тут же уходил вбок, чтобы дать возможность выйти следующему.
Наши воины расслабились, но все же первым отправился Золин. Заглянув внутрь он дал знак Уанитлю. Уанитль отправил за ним пятерку воинов и только потом разрешил залезть женщинам. Внутри оказался освещенный сквозной коридор. Пройдя его, мы оказались на небольшой террасе, опоясывающей просторный внутренний двор. Из каждого глиняного кубика на террасу выходила дверь и несколько маленьких оконцев. Все те же приставные лестницы вели вниз во двор и наверх – на третий ярус.
На террасе нас уже встречали.
Чуть впереди стояла толпа женщин, среди которых особой статью выделялась одна – в терракотовой тунике. Она была немного выше остальных или все дело в статной фигуре и повороте головы, которым в нашей компании могла похвастаться лишь Зиянья с Уанитлем. Во всяком случае, было видно, что повелевать женщина умеет.
Она внимательно разглядывала меня. Прямо. Не скрываясь.
И я отвечала тем же.
Дуэль взглядов продолжалась долго, пока вперед не вышел Седой Койот. Но женщина взмахнула рукой и шаман, уже набравший воздух, чтобы что-то сказать, вмиг сдулся.
Что ж, постоим еще. Мы люди не гордые.
Но проведя по нам взглядом еще раз, женщина заговорила.
- Мы рады приветствовать великий род Черного Ястреба! – проговорила она на дикой смеси науатля и чего-то еще, дотронувшись рукою до своего лба.
До меня лишь спустя десяток секунд дошло, что к военному братству Черного Ястреба принадлежал когда-то Тоноак. У отоми не было тотемных животных и видимо Сакнайт вспомнила лишь боевую экипировку деда. Молодец! Хотя, например, Уанитль состоял в братстве Ягуара.
- И мы рады приветствовать великую мать рода (черт, что там говорил Ичтака? А, вспомнила) Лисиц. Мира и процветание вашему дому. – я повторила ее жест.
После этого женщины пуэбло слегка расслабились и даже заулыбались.
Тут Зиянья дотронулась легонько до моей руки, тихо шепнув сквозь зубы:
- Подарки.
- И в знак уважения к будущим родственникам нашей дочери мне хотелось бы одарить подарками мать, что родила такого храброго и сильного охотника, как супруг принцессы Сакнайт.
Мужчины вынесли вперед корзины, и взгляд пуэбло тут же стал очень заинтересованным.
Я наклонилась, распаковывая первую корзину.
Подарком для матери Быстрой Стрелы мы выбрали те самые бусы, что я сделала из стекла. Они лежали сверху, завернутые в обрезок ткани. И сейчас, глядя на ряды амулетов, украшавших шею пуэбло, поняла, что с подарком мы не прогадали. Особенно, когда взгляд женщины на украшение в моих руках стал не просто любопытным, но и предвкушающим.
Стеклянные бусы действительно понравились. Они буквально растопили холодное сердце нашей сватьи. Тем более, что женщины-пуэбло тут же окружили свою главную, дотрагиваясь до бус и цокая языком. Что на языке почти всех индейцев означало высшую меру одобрения и восхищения. Не меньший восторг вызвала и накидка из перьев белой цапли, которую женщина тут же набросила на плечи, а также обрезы ярких тканей, что мы позаимствовали из приданного Сакнайт. А вот на шикарные, на мой взгляд, шкуры бросили лишь беглый взгляд.
Теперь женщина лучилась довольством и радостью. Когда с подарками было закончено, мать Быстрой Стрелы низко поклонилась, а потом дотронувшись до своей груди, произнесла: