Со временем, когда мастерство врать и чудить у Романа Павловича окрепло, у него появился свой почерк. Он нашел в человеке такую слабину, которая позволила ему над очень многими подшутить. Он нашел магическое слово и метод — задаток. Правда, находка эта не дешево обходилась Роману Павловичу как с материальной стороны, так и с моральной — жена его не поднималась по служебной линии выше должности уборщицы и никак не могла одобрять расходы супруга, когда в хате — голь и нищета, а дети замазку на окнах объедали. Объедали, объяснял Роман Павлович, потому, что она на растительном масле делана.
Для детей, чтобы в окна не дуло, купил Роман Павлович после гражданской войны корову. Тогда все миллионеры были — в несколько миллионов рублей обошлась корова, короче говоря, почти два мешка денег. Остался еще один мешок — на сено. Взял его и пошел на базар. На один воз у Романа Павловича хватает, а на другой — нет. А одного воза на зиму не хватит, потому что мужики возы продавали жидкие — только сверху пышнота, а внизу пусто, внатруску. Хотел купить воз сена и воз соломы — тоже мешка не хватает. Что за жизня пошла, недоумевал он, все стали миллионерами, а корму скотине не купишь. Купил один воз сена, а оставшиеся деньги раздал мужикам и с сеном и соломой — задаток! — и велел им ехать к аптеке и во дворе разгружаться.
Мужики-миллионеры друг за дружкой заезжают во двор, сгружают сено-солому и ждут окончательного расчета. Выходит аптекарь, спрашивает:
— Объясните, пожалуйста, господа товарищи, что здесь происходит? Зачем вы сюда навезли столько сена?
— Как зачем? Нам хозяин наказал сюда везти, разгружаться и ждать его.
— Какой хозяин? Здесь, господа-товарищи, аптека! Если даже это целебные травы, в чем я очень сомневаюсь, то все равно нам в таких количествах ни к чему!
— Но нам хозяин задаток дал! Как же так?
— Странно, странно, господа-товарищи, тогда ждите своего хозяина, — смирился аптекарь.
Часа через три, так и не дождавшись Романа Павловича, хотя он уже отвез купленное сено домой и, схоронившись, наблюдал за двором аптекаря, мужики стали нагружать сено и солому на телегу. Тут и началось: сено у всех было разное, каждый трамбовал свой воз поплотнее, каждому казалось, что другой хочет взять его, лучшее сено, обмануть. Мат, крик, а потом и более решительные поступки — вначале за грудки, ну и в зубы. Пошла кутерьма — перемешали сено с соломой. «А добре друг друга лупят, по-мужицки, сплеча, хоть и миллионеры», — усмехнулся Роман Павлович. Драка утихла, а затем со двора аптеки один за другим выехало семь не таких пышных, как утром, возов сена и соломы, а еще точнее — сено-соломы.
Сколько раздал за свою жизнь таких задатков, Роман Павлович и сам не знает. За задаток на пасху он нанимал крепко верующим в бога бригады баб копать огороды, с помощью задатка он осуществлял и более значительные задумки. Под Макеевкой в начале двадцатых годов Роман Павлович, видя, что начальник стройки наворовал камня и кирпича на дом, нанял ему каменщиков, сделал на участке фундамент. Застройщик быстро запасся оправдательными документами, Романа Павловича чуть не судили, и судили бы, если бы его не отыскали каменщики и не дали как следует за шутку над ними. Пришлось посреди рабочего сезона возвращаться в Изюм, становиться на учет на бирже труда.
Работы в Изюме не находилось, как ни частил Роман Павлович на биржу труда в город и на привокзальный базар, где собирались безработные. Сколачивались на базаре артели строителей-косарей, землекопов-грабарей. Рук было много, но применения для них еще мало. И Роман Павлович совсем заскучал. А когда он скучал, к нему всегда являлись разные мысли. И вот тогда-то он осуществил самый грандиозный свой проект, повеселил народ.
Пришел на базар в белом картузе, в гимнастерке под ремешком, в хромовых сапогах — с виду самый настоящий подрядчик. Ходил возле грабарей, присматривался к ним, к их подводам и лошадям, что-то прикидывал в уме. Заложив руки в карманы галифе, подрыгал икрами, вроде что-то хотел сказать ребятам, но потом, видно, раздумал и пошел дальше.
— Мил человек, а не работников ищешь? — крикнули вдогонку грабари.
Роман Павлович остановился, взглянул на них недоверчиво, сказал:
— Угадали.
— А кто тебе нужен?
— Хорошая артель грабарей. Крепкая. А вы, вижу, каждый сам по себе. Мне такие не нужны…
— Так нам недолго артель создать. Зачем обижаешь?
— Ну, кто у вас здесь за старшего? — небрежно спросил Роман Павлович. — Не буду же я со всеми сразу говорить. Давайте старшего для разговору.