– Эм-м, конечно… – произнесла я неожиданно хриплым голосом, но изо всех сил постаралась взять себя в руки и как можно веселее продолжила: – Вам что-нибудь порекомендовать или у вас есть свои идеи?
– У меня здесь записано несколько… – сказал Каспер, листая ежедневник и, кажется, не замечая моего замешательства. – Но ваши рекомендации, несомненно, будут приняты к сведению, – улыбнулся он.
На этот раз я не купилась: я уже знала цену его галантности. Это ничего не значит. Господи, да почему я вообще решила, что подобные вещи что-либо значат? Просто отвыкла. Да, я просто отвыкла.
Я перебегала от полки к полке, отбирая книги, которые называл Каспер, иногда улыбалась, даже, кажется, шутила, но в голове у меня была полная каша. Почему-то было очень обидно. Я убеждала себя, что Каспер ни в чем не виноват: он просто пытался быть дружелюбным. Это я одичала и совсем разучилась общаться. В обществе принято флиртовать с девушками. В обществе принято оказывать такие вот знаки внимания. В обществе просто не принята я.
Я подобрала для Каспера пару десятков книг, упаковала их в две картонные коробки, обвязала толстой бечевкой, выписала чек. Он расплатился, но не спешил уходить, рассказывая какой-то забавный случай из своей практики. Я ни словечка не слышала. Смотрела на него, вымученно улыбалась, кивала и только надеялась, что он ни о чем не спрашивает. Мне отчаянно хотелось, чтоб он ушел и оставил меня в покое. Я взглянула на часы, потом на дверь. Рыжик это заметил и поспешил поинтересоваться:
– Ой, простите, я вас не отвлекаю? Кажется, вы кого-то ждете?
– Эм… я… – Не хотелось ему лгать, но тут я вспомнила о Пэрри. – Ну, в некотором роде. Один знакомый обещал зайти… – как бы извиняясь, сообщила я.
– О, тогда не смею вам мешать, – заторопился Каспер. – Спасибо за книги, дорогая Китти! – улыбнулся он, а меня почему-то замутило. – Надеюсь, это не последняя наша встреча!
Он подцепил пальцами перекрестья бечевок, локтем нажал на ручку двери, открыл ее, обернулся, поклонился на прощание и ушел.
Как только дверь за ним захлопнулась, я рухнула в кресло. Руки и колени почему-то дрожали.
«Ничего страшного не произошло, – уговаривала я себя, – я просто ошиблась. Подумаешь, все ошибаются. Он просто такой вот веселый и общительный человек. Ничего страшного не произошло. Никто не хотел тебя обидеть».
Я чувствовала себя преданной. Все пыталась доказать себе, что это верх глупости: я только сегодня утром впервые увидела этого человека и уже что-то себе про него придумала, более того, начала мысленно прикидывать, кого мне выбрать – Каспера или Пэрри. Мне еще никто ничего не предлагал, а я уже выбираю. Ну не дура ли?
Оказывается, абсолютно не обязательно быть брошенной невестой, чтобы оказаться обманутой. Оказывается, полное отсутствие отношений не спасает от разбитого сердца. Я думала, что полностью окружила себя защитной стеной. Что я ничего не стану планировать, пока не оправлюсь. Но стоило первому встречному сколько-нибудь милому парню одарить меня улыбкой, как я неосознанно принялась строить насчет него какие-то планы. Сумасшествие.
Грустно как-то. Что же мне с собой делать? Как быть дальше? А я-то думала, что понравилась ему… Я почувствовала, как на глаза набежали слезы обиды, и постаралась взять себя в руки. Пожалуй, подумаю об этом завтра. А пока нужно сделать так, чтобы никто больше не мог нарушить мой душевный покой!
Я посмотрела на часы: можно уже закрывать магазин. Это лучшее, что я могу сейчас сделать, пока не успела мысленно спланировать свадьбу с очередным посетителем. Необходимо проанализировать события сегодняшнего дня, обнаружить пробоину в своей защите и устранить ее. Вот так. Очень разумно и рационально, без всяких там соплей.
Накинув пальто, я вышла на улицу и минуту стояла с закрытыми глазами, пытаясь немного успокоиться и просто подышать. Брюгге по-прежнему был прекрасен, а люди – равнодушны. То, что нужно. Я повернулась к окну, чтоб закрыть ставни, и увидела огромную кадку бордовых хризантем. Вся моя хитроумная защита рухнула в один миг. Я подняла тяжелый горшок с цветами, крепко обняла его, прижав к груди, зарылась носом в упоительно пахнущие цветы, щекочущие лепестками лицо, и с облегчением разрыдалась.
Пэрри так и не явился. Но это было совершенно не важно.
Рождество
Наверное, не так уж много людей проводят рождественское утро сидя на холодном полу кухни в пижаме со слониками и в толстых розовых шерстяных носках, гипнотизируя большой горшок с цветами.
Я размышляла так и эдак, пыталась добиться ответа, что же мне со всем этим делать. Но горшок молчал. Я поднялась, переставила хризантемы на стол, сварила себе кофе, забралась с ногами на табурет (Оливия утверждает, что так умею сидеть только я) и продолжила молчаливый допрос.