– Черт побери! – вдруг вспылил рыжик и резко свернул с трассы в парковочный карман. Я непонимающе посмотрела на него, а он повернулся ко мне с виноватым видом и признался: – Китти, я немного заблудился. Обычно езжу к Сандре другой дорогой, а здесь совсем забыл, где поворачивать. У меня телефон сдох, у тебя есть навигатор?
– Да-да, конечно!
Я так поспешно принялась копаться в сумочке, пытаясь скрыть от него слезы, уже стоявшие в глазах, что телефон рыбкой выскользнул у меня из рук и упал на пол. Я нырнула следом, согнувшись пополам, постаралась незаметно вытереть глаза, подняла телефон и вручила его Касперу. Тот, по-прежнему хмурясь, набрал в навигаторе адрес, дождался результата и наконец расслабился, улыбнувшись:
– Ну вот, совсем другое дело, а то чуть не завез тебя в Шпреепарк, заброшенный парк аттракционов. Что бы ты тогда обо мне подумала?
Я в ответ хихикнула и тайком перевела дух: хорошо, что он ничего не заметил. А я-то уже расстроилась. Сколько раз уже обещала себе не делать поспешных выводов, но они все равно делались как-то сами собой.
Остаток пути прошел в радостном предвкушении встречи с Сандрой и ее детишками. То есть предвкушал Каспер, а я сидела как на иголках. Но добродушное выражение его лица порядком меня успокаивало. Как он сказал? «Будет очень неловко, но весело»? Ну что ж, посмотрим.
Каспер остановил машину в частном секторе, у металлических ворот уютного на вид домика, увешанного рождественскими гирляндами, и посигналил. В окне мелькнула рыжая шевелюра Сандры, ворота открылись, мы заехали во двор и припарковались. Пока мы выходили из машины, дверь дома распахнулась и на улицу выбежали близнецы, мальчик и девочка. Я различила их пол только по одежде, так как у обоих были одинаковые стрижки «под горшок» и, судя по поведению, одинаково непоседливые характеры. Малыши ринулись Касперу навстречу, тот шутливо зарычал, и они, звонко хохоча, бросились от него убегать, но рыжик двумя широкими прыжками догнал их, подхватил и, держа под мышками, как два дрыгающих ногами бочонка, понес в дом. На полпути он обернулся, проверяя, следую ли я за ним, и улыбаясь во все тридцать два зуба.
– Здравствуй, Китти! – приветливо отозвалась Сандра, наблюдая за нами от двери. – Выглядишь потрясающе; то-то я смотрю, Каспер сияет. – Она посторонилась, пропуская рыжика с барахтающимися у него в руках козявками, и шепнула мне, подмигнув: – Красивое пальто, но как ты еще в ледышку не превратилась? Настоящая женщина! – А потом громко добавила для брата: – Мюллеры не смогли приехать, что-то там у них с водопроводом, но ты ни за что не догадаешься, кто к нам пожаловал вместо них!
– Пэрри, дорогой, как я рада тебя видеть! – услышала я голос Карины.
Пэрри
Каспер опустил детей на пол, и они тотчас умчались что-то портить. Карина обняла его, а затем отодвинула от себя, чтобы получше рассмотреть костюм, попутно отпуская комплименты по поводу отменного вкуса племянника. Откуда-то вынырнул Карл с очередной огромной книгой в руках, похлопал рыжика по спине и сразу переключился на меня.
– Китти, ты здесь, вот так сюрприз! – сказал он, с улыбкой приветствуя меня. – Я ушам своим не поверил, когда Кассандра сообщила мне, что ты приедешь! Ты ведь не любишь выбираться из Брюгге!
– Мы сами нагрянули неожиданно, – пояснила Карина, отрываясь наконец от Каспера и его роскошного костюма. – На нашем любимом лыжном курорте штормовое предупреждение. Выбор был небольшой: либо оказаться запертой на неделю с Карлом и его ненаглядными бумажками в тесном номере (я ухмыльнулась про себя: это в двухкомнатном люксе-то!), либо наведаться в дом, где нам всегда рады.
– Это правда! – поддакнула Сандра. – Я смотрю, ты не мелочишься: вместо того чтобы задержать Пэрри до нашего приезда, ты решила доставить его нам прямо в руки!
Я посмотрела на смущенного Каспера и сразу вспомнила, где я его видела раньше: в семейном альбоме Карла, вот где! Кусочки мозаики начали потихоньку складываться. Но почему он не сказал, что знаком с моим работодателем? Я ведь упоминала, как близки мне Мороцкие, когда рассказывала ему о себе!
Из кухни выглянул смуглый черноволосый мужчина, поздоровался, представился как Сальваторе, извинился, что не может сейчас присоединиться к компании, так как на плите у него кипит соус, и нырнул обратно.
– Это мой муж, – пояснила Сандра, – он итальянец. Ужасно любит готовить! Что очень кстати, – конфиденциальным шепотом сообщила она мне, – так как я это дело просто не выношу!
Сандра продолжала что-то рассказывать, только я ее не слушала. Мне очень хотелось поговорить с Каспером, спросить, почему же он все-таки не сказал мне, что он – родственник Мороцких. Но все вопросы пришлось отложить на потом: вокруг бурлил какой-то сплошной поток приветствий, объятий, объяснений и рассказов. Моего психиатра практически присвоил Карл, достав из кармана и демонстрируя ему какую-то редкую штуковину, которую он купил в антикварном магазинчике в Швейцарии. Карина подхватила меня под локоток и громким шепотом интересовалась, как мне понравился их дорогой Пэрри, но ответа не стала дожидаться и начала восторгаться им сама. Сандра пыталась объяснить сразу всем, что она ведь просила не называть ее полным именем, ибо имя Кассандра больше подходит какой-нибудь гадалке-шарлатанке.