Я рискнула примерить роскошную пиратскую шляпу с пышными перьями, надеясь, что не подхвачу вшей от ее предыдущего носителя, но она шилась явно для кого-то с головой размером с тыкву. Карл же присмотрел английскую вазу в подарок Карине, оставил меня с тележкой и лично понес в машину на вытянутых руках свое сокровище, обернутое множеством слоев пузырчатой пленки.
Пока он устраивал вазу поудобнее (надеюсь, что не на мое место), один торговец предложил мне большую партию книг практически бесплатно – все они были без переплетов. «Внучек оторвал», по его словам. Воздержавшись от комментария, что за такое внучку впору оторвать пакостные ручонки, я сгрузила книги в тележку и продолжила поиски. Скоро ко мне присоединился Мороцкий.
– О, Китти, что это? – удивился он, рассматривая одну книгу из только что купленных мной. – Такие даже просто почитать не берут!
– Я хочу попробовать сделать переплеты сама, мне Карина рассказывала, как они с девчонками в детстве оформляли свои дневники, – пояснила я.
– Зачем тебе эта возня? Тут же штук пятьдесят, ты с ними до осени не справишься!
– Ну пожалуйста! – взмолилась я. – Он все равно за бесценок продавал, а у меня классная идея. Все получится, вот увидишь!
– Ну, смотри сама, – нехотя согласился начальник. – Приспичило тебе маяться…
Я понимала его недоверие: мы оба не очень-то любили возиться с потрепанными книгами. Карл, наверное, опасался, что мне это занятие быстро наскучит и я его заброшу. Но мне действительно казалось, что я могу подарить этим произведениям новую жизнь, я даже придумала, какие именно обложки сделаю для некоторых из них. К тому же мне определенно требовалось трудоемкое занятие, которое сумеет надолго отвлечь меня от мыслей о Каспере.
Кстати, о Каспере. В одном магазинчике я приметила вещичку, которая точно должна была ему понравиться: огромные настенные часы с римскими цифрами.
– О, смотри! – потянула я Карла за рукав. – Вот бы Касперу такие!
– Эти? – удивился он. – Они же насквозь ржавые! Или ты и их хочешь отреставрировать?
– Нет, ты не понимаешь! – Я подбежала к часам и потрогала ветхие стрелки. Ничего, не отваливались. – Весь смысл именно в том, что они такие старые и ржавые. Они как бы еще раз напоминают о неумолимости времени!
– Ты думаешь, ему нужна такая громоздкая и бесполезная штука? Возьми лучше… – Карл выудил из кучи металлического хлама замысловатую подставку под зонты, – вот это. Пусть поставит у себя в кабинете, выглядит солидно.
– Нет, у него такие были, – ответила я. – Кас говорил, из-за них его любимый зонт ржавыми пятнами взялся. А похожие часы мы видели в одном кафе. Он еще посмеялся, мол, если такие повесить в приемной, сразу можно будет вычислять типов с обсессивно-компульсивными расстройствами: их нерабочие и ржавые часы просто из себя выводят. Не знаю, всерьез он это сказал или пошутил, но часы ему понравятся, я уверена.
– Тогда берем, – согласился Карл.
Я заплатила торговцу, а он помог мне аккуратно обернуть циферблат пленкой, чтобы можно было нести их под мышкой.
– Так, здесь мы, кажется, закончили. – Карл посмотрел на часы, затем взялся за ручку тележки и направился обратно к машине.
Нести огромные часы с круглым циферблатом было ужасно неудобно: я и так и эдак пыталась за них ухватиться, но они полностью заслоняли обзор. Тогда я аккуратно водрузила их на голову и поспешила следом за Карлом, словно гигантский гриб, придерживающий шляпку руками.
– А где он будет вешать эти часы? – поинтересовался Карл, когда мы уже загружали добычу в фургончик. – В «Шарите» или у Штайнера? Может, нет смысла отправлять их ему? Пусть уже здесь дождутся…
– Ну-у… я не знаю, собирается ли он переезжать в Брюгге, – нехотя отозвалась я: тема была скользкой. – Не знаю, дал ли он ответ профессору.
– Как так? – поразился Карл, на минуту даже перестав выстраивать книжные пирамидки. – Пора бы уже решить: либо он переезжает в Брюгге, либо ты в Берлин.
– Ну, я точно в Берлин не собираюсь… – потупилась я. – Что мне там делать?.. А он пусть сам решает.
– Но как же? Что же это за отношения такие? – возмутился Мороцкий. – Чтобы встречаться с девушкой, нужно как минимум находиться с ней в одном городе! Я еще могу понять, что сейчас он учится, но потом ведь не будет никаких препятствий!