- Эй, монашек, не желаешь ли сказать нам пару ласковых?
Я вздрогнул и обернулся. Вся толпа сразу замолчала и выставилась на меня, с нескрываемым интересом разглядывая невесть откуда свалившегося гостя. Ди-джей продолжал изголяться:
- Брат, не желаешь ли принять участие в нашем состязании? Или вам непозволительно выражаться? - при этом он строил такие многозначительные рожи, что его ассистентки посмеивались и противно повизгивали, обнимая ведущего за ноги.
«Эх, сказал бы я вам! - подумал я в сердцах. - Не будь рядом Пашки... Узнали бы вы, как наезжать на наше православие и на его верных служителей!»
- Оставь его, Драг, что смущаешь парнишку! - заступилась за меня какая-то женщина в бейсболке. - Он же здесь случайно, грибы собирает!
- А что, слабо ему? - крикнул ее сосед, с помятой банкой энергетического напитка в руке.
- Монашек! Где ему с нами тягаться! Слабо!
Толпа загудела, разделившись на две части. Кто-то меня защищал, кто-то, наоборот, хаял и топил. Слова этого «энергетика» задели меня за живое.
«Эх, семь бед - один ответ!» - подумал я и решительно обернулся.
- Ну, раз нельзя, так нельзя, ступай, сын мой, с миром! - хохотнул ди-джей. - Здесь твоим ушам делать нечего!
- Почему же нельзя! - отозвался я и направился к подиуму. Толпа сразу же оживилась и одобрительно загудела, расступаясь передо мною и предвкушая нечто экзотическое.
- Праведный гнев всегда полезен! Даже сам Господь сердился на неверных, говоря: «О род неверный! Доколе буду с вами? Доколе буду терпеть вас?»
- Молодец, парень, а ну вмажь им! Подбодрил кто-то из толпы и одобрительно хлопнул меня ладонью по спине. Я уверенно поднялся на подиум. Девицы пискнули и разбежались по углам. Ди-джей тоже растерялся и неловко посторонился, пропуская меня.
- Ну-ка, давай сюда! - я вырвал у него микрофон и встал на середине сцены. Толпа зааплодировала и загудела, ожидая моего выступления. Я проверил микрофон и прокашлялся.