Дед мой, как и его отец, Мирон, был атеистом и не верил ни в Бога, ни в черта. Анисья Федоровна, моя бабушка, в «церкву», так она говорила, ходила , будучи в преклонном возрасте в станице Островской. Раньше в доме в хуторе Прыдки в левом углу комнаты висела большая икона Богородицы, выполненная неизвестным художником на трех досках, но после смерти сына в младенчестве, бабушка повесила вместо иконы портрет Ленина, а спустя лет десять икона вновь вернулась на место. Вопреки всему, мой дед эдакий Прыдковский реалист, поверил в цветение папоротника на Ивана Купалу и поиски старинных кладов, а может и позабавить хотел себя и своих товарищей.
Таким образом, немного добавив эпитетов, я записала рассказ моего деда Василия Мироновича о поисках клада в ночь на Ивана Купалу.
С вечера собрал Василий мешок: положил туда лопату, завернутые в белую тряпицу хлеб с салом, сунул в карман пиджачка спички. Пришли Петр с Николаем тоже с котомками. Настроение было веселое
«А як знайдемо клад, то куплю сэби коня, баньку сроблю» - похлопывая себя по сапогу, говорил Петр. Николай был необычно молчалив и только все в мешок заглядывал да вздыхал.
«Шо ты там взяв?» -спросил Василий
«Та ось ришив пучок кропиви взяты, кажуть береже вид чортив» - ответил Николай .
«Ну и насмишыв ты Микола, якись черти в лиси, ти годиною не бздишь? Кропива вона вид русалок, а не вид чортив поможе. На кой ляд нам русалки в лиси?» - засмеялся Петр.
«Трэба засвитло выйти, щоб мисто примитыть» - сказал Василий ,и они тронулись в путь. Казалось идти -то было недалеко, а как зашли в лес, время будто бы растекаться стало и птицы замолчали, тревога закралась парням в душу.
«Щось довгенько идемо, - оглядываясь по сторонам, начал волноваться Николай, -а ты Мироныч случаем, не заплутав у лиси?»
«Иди вже нэ скули, - ответил спокойно Василий,- нэ таки дороги прошагали в Отечественную, и про страхи забувалы»
«Так-то вийна, там Родину защищали, а тут чортивня»
«И то вирно» -ответил Петр
На место пришли, когда совсем уже стемнело. Дуб действительно был могучий, с широкими причудливо изогнутыми ветвями, уходящими вверх. Корни его расползлись змеями по земле. Полянка была небольшая, покрытая старыми прошлогодними желудями и корой дерева, тропинка к ней еле заметная, непротоптаная. В лицо от зеленых зарослей папоротника пахнуло свежестью и прелостью одновременно.
«А де ж цей холмик?» - удивленно спросил Николай
«Та ось же мабудь, - сказал Василий, показывая на небольшую возвышенность недалеко от дуба, - будэмо дожидатысь мисяця, як выйде мисяц, так и копаты будем»
«Дюже на мурашник змахуе, а не на холм с кладом» - не унимался Николай
Николай и Петр сели на поваленное дерево, а Василий начал разжигать небольшой костерок. Он набрал сухих веточек и широкой ладонью загородил пламя вспыхнувшей спички. Огонек разгорелся. Василий положил туда несколько сухих веток найденных неподалеку. Сумерки совсем сгустились. Вот и луна вышла в пространство неба между кронами деревьев, вышла, будто фонарем мигнула и опять исчезла.
«Мабудь за тучку зайшла»- задумчиво сказал Василий
Петр подбросил в костерок еще веток:
«Бачили, чи ни, огоньки голубые в папороти!»
Парни шарахнулись в сторону от зарослей папоротника.
«Бачити-цвит папороти!» -закричал от испуга Николай
«Та светляки це, а не цвит, вид крику вашого и згасли» - успокоил всех Василий. Огоньки действительно погасли. Но вот на густо фиолетовом небе снова появилась полная луна Василий поднял голову: темные пятна на луне превратились в два глаза, с бровями, Неожиданно один глаз как-бы моргнул.
«Померещится ж такэ!» - Василий затряс головой
Маленький костерок освещал этот таинственный уголок леса, высвечивая рельефные верхушки листьев и завитки папоротника.
«Ну, що, начнем копаты?»-Хлопцы сняли пиджачки и принялись за дело
Василий взял лопату и сделал первый заступ, с другой стороны зашел со своей лопатой Петр, Николай стоял в стороне.
«Ну, перехреститися чи що перед началом нашого дила?»- спросил Николай
«Да дило-то не богоугодное – чертовья»-ответил Василий