«А что, если бы я увидел себя мёртвым? — вдруг подумал профессор. — Интересно, как бы я отреагировал?»
Эта мысль показалась ему до того нелепой и смешной, что он даже остановился. Да тут же и опомнился:
— Что за чушь! Как наслушаешься этих сумасшедших, и сам свихнёшься.
Кардыш пошёл было дальше, но тут мимо него промчался чёрный джип. На большой скорости, никак не меньше 100 км/ч, он сходу проскочил на красный свет. Профессор невольно обернулся и, глядя вслед, покачал головой. Но то, что он увидел дальше, просто повергло его в смятение. Джип вдруг вильнул из стороны в сторону, задел бордюр, и его на полной скорости швырнуло на встречную полосу. Грузовик, который ехал навстречу, просто ничего уже не мог сделать. Он лишь резко затормозил и чуть ушёл в сторону. Удар был страшный. Грузовик развернуло, и он, качнувшись, повалился было на бок, но устоял. Тут же и остановился, ткнувшись бампером в фонарный столб. А джип, перемахнув через бордюр и перекувырнувшись несколько раз, врезался в тополь.
Страшная авария, но не это поразило профессора. Сразу после светофора чёрный джип… раздвоился. И одна машина врезалась в грузовик, а другая — промчалась мимо по своей полосе… Этот джип, целый и невредимый, проехав совсем немного, внезапно исчез. Причём, как показалось профессору, исчез уже после того, как его джип-двойник столкнулся с грузовиком.
Кардыш это отчётливо видел. Более того, он запомнил очень тщательно со всеми деталями, как в замедленной съёмке. Когда джип наскочил на бордюр, профессор ясно увидел, как свет фар вдруг разделился, и тут же сами машины разошлись в стороны. И одна выскочила наперерез грузовику, а другая ровно пошла по своей полосе. И это не был какой-то призрачный, расплывчатый мираж. Оба джипа были совершенно ясно видны и ничем не отличались друг от друга.
Увидел Кардыш и то, что и грузовик раздвоился. Профессор не успел заметить, произошло ли это в момент столкновения или чуть раньше, но он ясно видел, как такой же грузовик спокойно проехал дальше аварии по своей полосе. И так же, как чёрный джип, резко растворился в воздухе.
Самое интересное, что в первые минуты профессору и в голову не пришло, что с ним случились те самые галлюцинации, по которым он известный специалист. Кардыш даже забыл, что он психиатр.
Он всё воспринял, как реальность, как некое чудо.
Профессор оглянулся по сторонам и увидел поблизости только высокую женщину в бежевом пальто. Он кинулся к ней, резко и бестактно схватил её за руку и закричал возбуждённо и даже с каким-то ликованием:
— Вы видели?!.. Видели?!..
— Успокойтесь, вы что? — испугалась дама и шарахнулась в сторону, стараясь высвободить свою руку. — Вы в своём уме? Чему радуетесь?
Кардыш нисколько не смутился.
— Да как же? — всё ещё с восторгом выпалил он. — Это же научный феномен! Вы разве не видели, что… — и тут он осёкся, враз сник и непроизвольно с опаской и как-то воровато огляделся по сторонам. — «Шизофрения…» — мелькнула у него в голове.
— Нашёл, чему радоваться, идиот… — проворчала женщина. — Да отпустите мою руку!
— Извините… — тихо сказал профессор и виновато отстранился.
Дама отошла в сторону и будто раздумывала, стоит ли ей идти дальше по своим делам или посмотреть, чем всё закончится.
Мимо профессора пробежал седой шустрый старичок и, оглянувшись, сумрачно бросил:
— Ну, чего встал? Пойдём, может, помощь наша нужна.
Когда Кардыш и старик подбежали к искорёженному джипу, там уже был водитель грузовика. Сам он еле держался на ногах, голова его была в крови. Он пытался открыть одну из передних дверей, на вид самую уцелевшую, но у него ничего не получалось.
В искорёженной машине оказалось два человека, водитель и пассажир на переднем сидении. Оба парня совсем молоды, не старше двадцати лет. Без всякого сомнения, они были мертвы.
Так случилось, что свидетелями аварии были только профессор и женщина в бежевом пальто. Старик толком ничего не сказал. Подбежал ещё, правда, паренёк лет пятнадцати, сразу остановилось несколько машин… Но все эти люди саму аварию не видели.
…Кардыш рассказал дорожному инспектору обо всех деталях трагедии, потом дождался, когда и дама освободится. Сумрачный и виноватый он подошёл к ней и сказал:
— Извините, вам, наверно, показалось, что я вёл себя неадекватно, но я могу всё объяснить.
Дама ничего не ответила. Сначала было отмахнулась, но потом обернулась и как-то внимательно посмотрела… Профессор умоляюще прижал руку к груди.
— Подождите же, не уходите! — попросил он. — Мой вопрос покажется странным, и всё же… Для меня это очень важно. Скажите, вы видели, как эта машина раздвоилась? — он говорил торопливо, путаясь в словах. — Сначала была одна, а потом их стало две. И вот эта вылетела на встречную и столкнулась, а другая…