Он что-то задумал, догадался Талтин. Огайсин убрал свой пистолет и подъехал поближе к стоящим разбойникам. Талтин последовал его примеру.
— Давайте не будем устраивать ненужного кровопролития, господа разбойники, — сказал Огайсин. — Вам нужно наше золото, а нам нужно перебраться через Зачарованный Лес. Господин атаман, пусть же каждый получит то, чего желает!
Пока Огайсин говорил, Талтин успел рассмотреть разбойников. Сначала Талтину показалось, что их не меньше сотни, однако потом он насчитал, что разбойников всего около двух дюжин. Хотя против двух путников и этого было вполне достаточно. Одеты разбойники были в хорошие платья явно с чужого плеча, но самого разнообразного фасона, вероятно, кому, что досталось при дележе добычи. Из огнестрельного оружия в руках у разбойников Талтин увидел только две старые аркебузы на сошках. Неужели они не могли за годы разбоя раздобыть что-нибудь менее громоздкое?
Окончив свою речь, Огайсин начал отстёгивать свой кошелёк левой рукой, поскольку в правой держал факел. Делал он это долго и крайне неуклюже, вероятно, от излишнего волненья. Вдобавок, чего-то испугавшись, под Огайсиным вдруг дёрнулась лошадь, из-за чего кошелёк за что-то зацепился и с треском распоролся. С блеском и звоном на землю посыпались золотые и серебряные монеты. Огайсину, чтобы успокоить свою лошадь, пришлось отъехать немного в сторону.
— Золотые! Это же золотые, ребята! — раздались крики среди разбойников.
Несколько разбойников, опустив копья, невольно дёрнулась в сторону Огайсина.
— Добычу никому кроме меня не трогать! — гаркнул атаман.
Но было уже поздно. Остальные разбойники, увидев, что часть их товарищей метнулась к месту падения монет, тоже побросали оружие и кинулись следом. В мгновение ока образовалась куча мала из дерущихся разбойников.
— Живо все на свои места! — заорал атаман. — Головы поотрываю!
Он спрыгнул со своего помоста и с тумаками бросился оттаскивать своих людей. Пантелеев последовал за атаманом, однако, вместо того, чтобы помогать ему, сам жадно принялся собирать выпавшие монеты.
Воспользовавшись возникшей суматохой, Огайсин прикрыл полой своего плаща голову лошади и, негромко пробормотав «яхта сын», как показалось Талтину, швырнул что-то оземь. Раздался оглушительный треск и внезапная яркая вспышка ярко-оранжевого цвета ослепила Талтина.
— Вперёд, сударь! — услышал он слова товарища.
Талтин вслепую пришпорил своего скакуна в надежде, что тот сам найдёт дорогу и поедет за Огайсиным. Перепрыгнув через какое-то препятствие, конь пустился в галоп. К облегчению Талтина, впереди себя он слышал топот копыт лошади товарища.
— Держи их, ребята! — прогремел голос атамана уже где-то далеко позади.
Следом раздался чудовищный грохот. Это выстрелила одна из аркебуз! Талтин пригнулся к холке коня, но не услышал даже свиста пуль. Выстрел сменился далёкими стонами и проклятиями. Стрелявший либо попал в темноте по своим же товарищам, либо старинная аркебуза разорвалась прямо у него в руках.
Неужели ушли?! Талтин не верил своему счастью. Постепенно глаза отошли от яркой вспышки, и он уже начал различать впереди Огайсина, скачущего при свете своего волшебного факела. Талтин оглянулся. Погони за ними не было.
Дорога ухудшилась из-за повсеместно торчащих древесных корней и вновь начала сильно петлять. Путникам пришлось перейти на лёгкую рысь, и Талтин нагнал товарища.
— Вы полны сюрпризов, сударь! — сказал Талтин.
— Приходится быть готовым ко всему, — ответил Огайсин.
И компаньоны весело рассмеялись над фразой Огайсина, как старой доброй шутке.
— Кажется, разбойникам сейчас не до погони, — сказал Талтин, обернувшись назад.
— Несомненно, — кивнул Огайсин. — Но всё же нам пока рано останавливаться на привал.
— Полностью с вами согласен, сударь!
Товарищи продолжили путь, всё-таки изредка оглядываясь, чтобы лишний раз убедиться, что за ними никто не гонится. Дорога, хотя и плутала, но верно вела их вперёд. Талтин даже начал думать, что теперь, когда они почти благополучно миновали шайку разбойников, проводник им совершенно ни к чему. Но вскоре он убедился, что позволил себе излишнюю самонадеянность.