— Это же Зачарованный Лес, господа! Здесь может произойти всё, что угодно. В этом лесу даже дважды одним и тем же путём невозможно пройти.
Если раньше по дороге могли проехать рядом двое всадников, то теперь она сузилась, превратившись в тропинку, и путникам пришлось ехать гуськом. Первым ехал Манилов, а последним — Огайсин. Местами еле заметная тропинка и вовсе терялась из виду, но Манилов уверенно продвигался вперёд. Подлесок постепенно сходил на нет, остались только пожухлая трава да редкие чахлые кустики.
Начало светать. Теперь можно было рассмотреть, как стволы огромных дубов уходят высоко вверх и там где-то теряются в густой листве. Путники шли уже долго, но Манилов всё не давал команды устраивать привал. Тропинка уже совершенно пропала, и стало полной загадкой, как проводник находил верную дорогу. Правда, порой он останавливался и некоторое время озирался по сторонам, вероятно, выискивая одному ему известные приметы.
Внезапно из-под корней одного из дубов, мимо которого проезжали путники, выскочила какая-то серая тень и бросилась прямо под копыта. Конь Талтина испуганно дёрнулся, и его пришлось успокаивать. Талтин даже не успел рассмотреть, что это была за тень. Сразу же грянул выстрел. Оглянувшись, Талтин увидел Огайсина, окутанного клубами дыма.
Убрав свой дымящийся пистолет, Огайсин отъехал чуть в сторону и поднял с земли подстреленного им зайца.
— А вот и наше жаркое, господа!
— В таком случае, — смеясь, сказал Манилов, — предлагаю сделать привал, если никто не возражает.
Конечно же, никто возражать не стал, поскольку все очень устали и сильно проголодались. Путники спешились и пустили лошадей пастись скудной травой. Огайсин проворно освежевал зайца, а Манилов и Талтин набрали хворосту и разожгли костёр. От света живого огня сразу стало уютнее и веселее на душе.
— Господа! — обратился Талтин к своим спутникам. — Предлагаю вам временно погасить ваши магические факелы.
Манилов вновь беззаботно рассмеялся, проведя пальцем по усам.
— К сожалению, сударь, — сказал Огайсин, — эти волшебные предметы обладают тем небольшим недостатком, что их можно разжечь только один раз, и потом нельзя по надобности погасить в любой момент, если с вами нет волшебника. Они погаснут только тогда, когда внутри них иссякнет магия.
Талтин всё надеялся, что со временем рассветёт окончательно, однако, казалось, лес просто застыл в полутьме сумерек. Огайсин и Манилов даже не стали убирать своих факелов.
— Что-то уж слишком долго не светает, — заметил Талтин.
— Светлее уже не будет, сударь, сейчас итак время около полудня.
Талтин взглянул вверх. Он уже не удивлялся громадности деревьев Зачарованного Леса. В самом деле, сквозь густую листву могучих деревьев не пробивалось не единого пятнышка света. Несмотря на это, в лесу было тепло, даже душно из-за отсутствия ветра.
Огайсин насадил добычу на вертел, и вскоре лес наполнился ароматами жареного мяса. Пока готовилось жаркое, Огайсин тщательно прочистил и зарядил свой пистолет.
Манилов поделился хлебом и вином, поскольку у Талтина и Огайсина из съестных припасов оставались лишь сухари да вяленое мясо. Пообедав и немного отдохнув, товарищи снова тронулись в путь.
Вскоре наткнулись на ручей. Конь Талтина, почуяв воду, ускорил шаг, однако едущий впереди Манилов предостерегающе поднял руку. Талтин натянул поводья и, оглядываясь по сторонам, вытащил пистолет. Никакой опасности он не видел, но решил довериться более опытному проводнику. Подъехав, рядом остановился Огайсин и тоже вытащил пистолет.
Манилов спешился и, бросив поводья Талтину, чтобы лошадь не последовала за ним, сам осторожными шагами спустился к ручью. Некоторое время он вглядывался в небольшой журчащий поток, а потом зачем-то несколько раз макнул туда пучок травы. Наконец он обернулся и, увидев своих спутников с пистолетами наизготовку, весело расхохотался. Талтин даже на мгновенье почувствовал себя в самом наиглупейшем положении.
— Идёмте сюда, господа! — позвал Манилов. — Никакой опасности нет!
Путники напоили лошадей, утолили жажду сами и пополнили запасы воды в мехах.
— Позвольте спросить, сударь, — заговорил Огайсин, — а что вы такого высматривали в этом ручье? Каких-нибудь хищных рыб или речных гадов?