Охотники вернулись к прежнему месту, откуда был дан сигнал к началу охоты. Здесь был поставлен большой навес, под сводами которого уже накрыли длинный стол. Господа, не принимавшие участия в охоте, вполне себе обосновались и лакомились лёгкими закусками. Слышался басовитый утробный хохот развеселившегося графа Коренева, сидевшего с кубком в руках. Личный чародей графа уже принял свой всегдашний важный вид и восседал за столом вместе с остальными. Его сундук стоял за навесом под охраной помощников.
В нескольких местах позади навеса горели костры, вокруг которых вовсю хлопотали слуги-наварщики. Как успел разглядеть Талтин, на самом большом костре жарился бык, на двух или трёх кострах поменьше — молодые барашки. Хотя охота продолжалась не очень долго, Талтин почувствовал, что уже успел нагулять аппетит.
Как только охотники подъехали, им навстречу из-под навеса вышла Элеонора. Увидев её прелестную улыбку, Талтин сразу же забыл обо всех своих переживаниях.
— Ну как, Андрей? — весело поинтересовалась Элеонора у брата. — Удалось ли вам изловить зверя?
Граф Михалков уже вполне отошёл от своей досады, и к нему вернулось хорошее расположение духа. Он спешился и бросил поводья подбежавшему слуге. Следом принялись спешиваться и остальные охотники. Многочисленные слуги принимали лошадей и уводили в сторону, к коновязи.
Граф Михалков подошёл к Элеоноре и поцеловал грациозно протянутую руку.
— Конечно, сестрица, — мягко ответил он.
Граф приглашающе махнул рукой назад, и стремянной тут же вывел вперёд свою лошадь со связанным разбойником.
— Извольте взглянуть, господа! — воскликнул граф, обращаясь уже ко всем присутствующим.
Все потянулись поближе, а сидевшие за столом повскакивали с мест, чтобы лучше рассмотреть пойманного рудокопа. Даже граф Коренев, всегда избегавший лишних движений, и тот вышел из-за стола. Иные просто покачали головами, а другие, особенно дамы, жеманно заахали. А маркиз Смолин и вовсе брезгливо поморщился, прижав к лицу свой батистовый платок.
— Какая мерзкая борода, — сказал он. — Как можно отрастить эдакую пакость на лице!
Талтин невольно провёл рукой по своему гладко выбритому лицу. Никто не знал доподлинно отчего, но рудокопы никогда не брили свои бороды. Всякого рудокопа можно было отличить от обычного человека по бороде и малому росту.
— Граф Михалков собственноручно пленил его, господа! — громогласно заявил барон Бортков.
Граф одарил барона покровительственным взглядом, давая понять, что утренняя выходка того прощена и забыта. Талтин невольно стиснул зубы. Хоть барон и недалёкого ума, но обладает удивительным даром проявлять прыть в самый необходимый момент.
— Браво, Андрей! — радостно воскликнула Элеонора.
Обернувшись к собравшимся, она торжественно провозгласила:
— Разбойник пойман моим братом, и теперь нашей округе ничего более не угрожает!
Собравшиеся принялись рукоплескать графу. Раздались крики вразнобой:
— Да здравствует граф Михалков!
Граф слегка поклонился в ответ на эти восклицания.
— Просто изумительно, господа! — воскликнул своим пискливым голоском маркиз Смолин. — Разбойника приструнили по всем правилам охотничьего искусства!
Раздалось ещё несколько рукоплесканий, которые, впрочем, быстро оборвались, поскольку даже сам граф Михалков не обратил внимания на грубую лесть маркиза. Однако тот, нисколько не смутившись, продолжать стоять рядом, прижимая платок к лицу.
— Сударь, а кто же взял разбойника? — поинтересовался граф Коренев.
Талтин взглянул на графа Михалкова, к которому был обращён вопрос. По лицу графа промелькнула тень, поскольку он, конечно же, не мог этого видеть. Но гости во главе с Кореневым отвлеклись на свору борзых, и замешательство графа осталось незамеченным.
— Кажется, это были Быстрый и Хват, — тут же пришёл на помощь барон Бортков. — Я не ошибаюсь, граф Михалков?
— Так и есть, барон, — с облегчением подтвердил граф.
— Я нисколько в этом не сомневался! — воскликнул граф Коренев. — Ах, какие красавцы! Если бы я ещё мог охотиться, я бы выложил за Быстрого и Хвата какую угодно сумму!