— Сидел бы дома, — по привычке ворчала она, — ездишь, только бензин жжёшь. Одни расходы от тебя.
Сергей пил кофе и думал о своём. С женой у него была договоренность. Через день. Один день он работает по хозяйству, то есть делает то, что скажет жена. А на следующий — едет на свою «рыбалку». Так Сергей называл своё увлечение — поиск с металлоискателем.
Вообще-то главным его увлечением была нумизматика. Старинные монеты Сергей собирал с детства. Но коллекция пополнялась медленно, от случая к случаю. В детстве выменивал монеты на марки и спичечные этикетки. Бывало, что коллекция иногда годами не пополнялась. Так, выпросит у кого-нибудь монетку или случайно на огороде найдёт, когда картошку копает.
Выйдя на пенсию по выслуге лет, Сергей долго присматривался к рекламам металлоискателей, пока, наконец, не решился. Сейчас он жалел только о том, что не сделал это раньше. А ещё лучше бы — во время службу в органах. Колония особого режима, где он проработал опером лучшие годы своей жизни, располагалась в глухой уральской тайге. Сколько заброшенных деревень и посёлков было в окрестностях! Один посёлок Пелым, бывший когда-то городом, чего стоит!
У Сергея даже скулы сводило от воспоминаний об упущенных возможностях.
Да что там говорить, даже собственный огород возле дома, где он жил последнее время на Урале, и то толком не проверил. А ведь весь огород был усыпан черепками — керамикой, от светло-коричневого до чёрного цвета. Тогда он ещё не понимал, что это главный сигнал: искать надо ТУТ! И прибор ведь уже был. С середины последнего лета, прожитого там.
Плотно заняться металлопоиском получилось только после переезда на историческую родину — в Беларусь. Здесь, в окрестностях Витебска он провёл всё своё детство, здесь похоронены предки и проживали многочисленные родственники.
Поначалу один из двоюродных братьев, узнав о возможностях «волшебного» прибора, заявил:
— Я знаю, где надо искать.
И потащил Сергея по заросшим траншеям, окопам и т. д. В результате находками были кучи стреляных винтовочных и автоматных гильз и прочего мусора.
Потом Сергей в городе случайно познакомился с тёзкой, таким же фанатом, как и сам, только лет на десять моложе. А он уже познакомил его со своим другом, тоже Сергеем. Так и сформировалась бригада из трёх Сергеев, объединённых общим интересом. Чтобы не путаться, нового знакомого Сергей называл просто Серым (от имени), его друга Светлым, а к нему, как к самому старому прилипло прозвище Седой.
Серёга Светлый был светлым во всех отношениях. Во-первых: в его голову, всегда обритую на лысо, можно было смотреться как в зеркало. Во-вторых, он обладал обширными, почти энциклопедическими знаниями во всём, что касалось монет и других предметов старины; в-третьих — имел широкие связи в узких кругах, связанных с коллекционированием и оборотом монет, а также прочего антиквариата. К тому же сам был хорошим реставратором, владел множеством способов чистки и восстановления монет.
Парни знали много «рыбных» мест вдали от Витебска, но добраться до них было проблемой, в связи с отсутствием личного транспорта. Седой со своим «Хундаем» пришёлся как раз кстати.
И дела пошли. Выяснилось, что нужно было ходить не по местам боёв, а по бывшим хуторам и деревням. Желательно, располагавшимся на полях, которые регулярно перепахиваются. Как раз в таких местах и водятся старинные монеты. Личная коллекция стала стремительно увеличиваться. Всё лишнее обменивалось на нужные монеты или продавалось, — надо же хоть частично компенсировать расходы на бензин и прочее.
Иногда к основной бригаде присоединялся кто-нибудь из знакомых, — вот как сегодня.
— С какой стороны города хоть эта корчма находится, — поинтересовался Седой, когда Серый с новым знакомым по имени Миша грузили в багажник рюкзаки.
— Тут недалеко, в сторону Полоцка километров двадцать. Сейчас Светлого заберём, он объяснит точнее.
Серёга Светлый был самым высоким в бригаде. Он стоял возле подъезда своей шеснадцатиэтажки, сверкая на утреннем солнце светлой головой, и приветственно махал рукой.
— Короче, — пояснил он, как только машина тронулась, — я вчера ехал из Полоцка на дизеле, а там трактор поле допахивал. Должны успеть раньше других.
Другие — это конкуренты, такие же фанаты — любители с металлоискателями. Развелось их в последнее время и, несмотря на всяческие запреты и ограничения, с каждым годом становилось только больше. Кто первым успевал на свежеперепаханное поле, тот и собрал всё самое интересное. И не важно, что это поле было выбито в прошлом году. Перепахали, — и опять можно собирать монеты. Дело в том, что приборы цепляют монеты неглубоко — 15 — 20 сантиметров, а плуги пашут землю намного глубже. Или какая-нибудь крупная железяка лежит рядом с монетой и забивает своей массой её сигнал. А плугами их раскидало в разные стороны, — и… вот она!