— Еще минутку, уже почти все позади, — говорю подруге, и та немного расслабляется.
Осторожно вожу мокрым полотенцем по телу Натали, крови-то немного вышло, хотя казалось, что она все вокруг залила.
— Бок тянет, — жалуется подруга, а потом хмурится: — Так, а как же нам теперь любовью заниматься? Черт, господин граф, могли бы меня порезать, когда женские дни начнутся.
— Не сообразил, — признал я ее правоту, но больше ничего добавить не успел, в номер вломились двое полицейских, наставили на меня пистолеты и один из них заорал:
— Не двигаться! Руки поднял и с несчастной слез!
— Вы что себе позволяете⁈ — неожиданно грозно рыкнула Натали. — Сазонов, ты в своем уме⁈ Как посмели нарушить наш покой?
— Наталья, но тебя же этот хмырь резал, — растерянно произнес один из полицейских. — Кровищи-то вон сколько.
— У меня все хорошо, выметайтесь и не пяльтесь! — зло произнесла моя подруга, и накрыла ладонями обнаженную грудь.
— Мы должны убедиться, что с тобой все в порядке, — обратился второй полицейский к девушке, при этом он пистолет опустил, а в его глазах появился этакий сальный взгляд.
Парень собрался пялиться на обнаженную девушку, с которой недавно работал и, похоже, был в неплохих отношениях. Не удивлюсь, если подкатывать пытался, а теперь желает понять, чего упустил.
— Вы меня собрались арестовать или высказать какие-то претензии? — мрачно спросил я. — Если нет — покиньте номер.
Полицейские переглянулись, тот, который еще не убрал пистолет, ответил:
— Нам поступил сигнал, и мы его должны проверить. Госпожа Веселова, пожалуйста, встаньте, если с вами полный порядок, то мы уйдем.
— Виктор Иванович, слезь с меня, — попросила Натали, устало вздохнув. — Они точно не отвяжутся, стриптиз желают посмотреть, — она еще чуть слышно добавила одно слово, емко охарактеризовав упертых служителей порядка.
Выполнил просьбу подруги, осторожно с нее слез, а следом и та встала, продолжая прикрывать рукой грудь. У девушки в ауре есть всполохи от дискомфорта, очаг которого находится в боку. Похоже, ее еще долго будет беспокоить рана, вызывая фантомные боли. Полицейские все же ретировались и при этом даже не извинились.
— Теперь ты полностью избавлена от проклятий, но твой источник плохо от них защищен. Следует прикупить пару артефактов, пока нормальный не сделаю, — сказал Наталье, а потом задал вопрос: — Слушай, а ты же из благородного сословия. Какой титул имеешь?
— Горничной, точнее, уже бывшей, — усмехнулась Натали, почему-то не захотев раскрывать кем являлась по происхождению.
Не стал ее расспрашивать, проводил в ванную комнату, а сам собрал документы о том, как вел дела мой бывший управляющий. Необходимо избавиться от долгов, которые на клан этот деятель навесил. Подозреваю, это окажется не так-то просто, точнее, потребует денег, нервов и времени. А оставаться в Питере нет никаких причин, пора в столицу возвращаться.
— Ладно, оставайся в номере и никого не впускай пока не вернусь, — дал указание подруге, когда та, бледная как полотно, вышла из ванной комнаты.
— Долго тебя не будет? — немного испуганно спросила та и пояснила: — Гостиница не приветствует, когда кто-то долго в номере постояльца гостит, могут выгнать.
— До вечера вернусь и если потребуется тебя к себе подселю или как тут принято, — отмахнулся от ее слов, но потом добавил: — Сразу же мне звони, если кто-то попытается так поступить, как говорила и не вздумай уходить. У тебя сил в источнике почти не осталось, выглядишь неважно, ложись и поспи, а на стук дверь не открывай.
Та в ответ согласно кивнула и покачнулась. Успел ее подхватить и уложил в кровать. Нет, с Натали все хорошо, это наступил откат от избавления проклятий. Отоспится и восстановится. Но, на всякий случай, немного поделился с ней магической энергией, после чего убедился, что та проспит не менее восьми часов покинул номер. Первым делом необходимо посетить банки, незаконно выдавшие кредиты и ссуды. Оставить им претензию, после чего отправиться в стражу дабы изложить о случившемся против моего клана преступлении. Тонкий момент в том, что меня способны обвинить в плохом контроле и долги оставить. Тогда придется разбираться через суд, а это такая морока и тягомотина, что представить сложно. Но деваться-то некуда, необходимо действовать, а не надеяться на русский авось, что пронесет.
Глава 4
ВСЕ ДЛЯ КЛАНА