— Самолет мы ему уже дарили…
— Папа — пилот, и у него должен быть свой самолет! Давай ему подарим настоящий самолет!
Лена покачала головой, а сама подумала: а что, если в России разрешили частную собственность, то значит, могут появиться и частные самолеты?
— Ну что ты, дочка, где же я для папы возьму настоящий самолет?
— А ты у деда попроси. Он же сейчас самый-самый главный. Он все может. Любые подарки. Давай, он подарит папе самолет, тебе — новое платье, а мне — много-много игрушек.
— Маша, наш деда уже сделал нам всем подарки.
Глаза маленькой Маши заметно расширились.
— Правда? А какие?
— Он подарил нам новую жизнь. Мы теперь живем в совсем новой стране.
— Это как? — Маша непонимающе крутила головой по сторонам.
Ее окружали прежние улицы и знакомые дома, по улицам ходили такие же, как и всегда, люди.
— В этом месяце, Маша, все изменилось. Когда вырастешь — поймешь. Твое поколение станет первым поколением свободных людей. Благодаря твоему деду. Мы теперь — современная, демократическая страна. Но тебе еще рано говорить об этом. Ты все равно многого не поймешь. Как бы тебе понятно объяснить? — Лена прикусила губу. — Ну вот, раньше с нами никто из иностранцев разговаривать не хотел. Нас боялись. И американцы, и немцы, и французы… и даже негры из Африки… Про нас говорили, что мы дикари, что у нас медведи ходят по улицам…
— Правда, что ли?! — Маша недоверчиво посмотрела на мать.
— Да. Была эпоха холодной войны. А теперь все изменилось, началась новая жизнь. И про нас так говорить уже никто не будет. Наоборот, теперь с нами все здороваются, все нас уважают. Благодаря твоему деду.
— Ух ты! — Маша даже рот разинула от восторга. — Молодец, деда!
ИЗ КНИГИ А. ЗИНОВЬЕВА «ГЛОБАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕЙНИК»:
«Наш XX век был, может быть, самым драматичным в истории человечества, с точки зрения судеб людей, народов, идей, социальных систем и цивилизаций. Но, несмотря ни на что, он был веком человеческих страстей и переживаний, веком надежд и отчаяния, иллюзий и прозрений, обольщений и разочарований, радости и горя, любви и ненависти. Это был, может быть, последний человеческий век. На смену ему надвигается громада веков, сверхчеловеческой или постчеловеческой истории, без надежд и отчаяния, без иллюзий и прозрений, без обольщений и разочарований, без радости и без горя, без любви и ненависти…»
Елена и Маша Окуловы пришли домой. Стряхнули влажные хлопья снега с намокших пальто. Елена быстро переоделась в спортивный домашний костюм и пошла на кухню готовить обед. Вскоре аппетитно запахло жареной картошкой с мясом. Елена заваривала свежий душистый чай в белом чайничке из дорогого китайского фарфора, думая о том, кем же вырастет ее дочка в новом, демократическом обществе, которое строит отец. Наверно, она будет особенным ребенком…
— Маша! — крикнула Елена, подзывая дочь на кухню, и когда та прибежала, шумно шлепая тапочками, обратилась к ней уже гораздо более мягким и спокойным голосом: — А кем бы ты хотела стать, доча, когда вырастешь?
Маша пожала плечами. Такого вопроса она не ожидала услышать.
— Не знаю. Может, известной актрисой. Или певицей.
— Ну что ты, быть певицей или актрисой, значит, жить бедно. И от мужчин зависеть. А в новом мире женщина должна быть свободной… И на мужчин смотреть гордо, с чувством достоинства и независимости.
«Как это у меня такое вырвалось?» — поймала себя за язык Елена и осеклась. Ведь сама она всю жизнь была домохозяйкой. То есть была и остается зависимой женщиной. А что бы она делала без своего мужа? Трудно даже представить. Выходит, не такая уж и плохая роль домохозяйки?
Пройдет совсем немного времени, и окажется, что «яблоко от яблони недалеко падает». Маша Окулова, дипломированный специалист в области международных отношений, выпускница МГИМО, начнет безуспешно искать свое профессиональное место в жизни… Почему-то с этим поиском в жизни самих себя в семье Ельциных оказалось особенно трудно. Наверно, такая уж наследственность… Машенька Окулова попытается после МГИМО пойти на телевидение — вести развлекательный эфир, потом попробует себя в шоу-бизнесе… В итоге выйдет замуж за скандально известного ныне бизнесмена Михаила Жиленкова (строительный бизнес и недвижимость), родит ему двоих детей и решит стать домохозяйкой…
…Елена оглянулась по сторонам. Рядом с ней на плите уже булькала кастрюлька со свежим картофельным супом. Лена сняла ее с плиты, поставила на специальную металлическую подставку и потянулась за половником.