События нарастали как снежный ком, стремительно летящий со склона горы. Уже спустя две минуты после указа А. Руцкого Председатель ВС РФ Руслан Хасбулатов издал распоряжение, которым обязал Центральный банк России «прекратить финансирование органов исполнительной власти без решения ВС РФ».
Они издавали законы, надеясь, что эти законы, принятые по всем правилам, сработают автоматически. Но в России законы уже не действовали, а вместо «презумпции невиновности» давно работала презумпция виновности.
В половине первого ночи у стен Белого дома развернулся стихийный митинг. Баррикады сооружали из первых подручных средств. Тащили куски старой мебели, строительной арматуры… Национально-патриотические организации Москвы стояли плотными рядами, раскачивая транспаранты и яркие, на скорую руку написанные большими печатными буквами на листах картона, лозунги. В числе прочих было и «Свободу — парламенту», «Банду Ельцина — под суд».
Противостояние нарастало, и вихрь событий ежесекундно накручивался, всасывая в себя все больше пространства, словно песчаный смерч.
Возле Центрального телеграфа жгли костры, и они освещали красновато-желтыми отблесками чернильную темноту неба. От этих костров холодная осенняя ночь казалась обжигающей.
Город разбился на два лагеря — сторонников и противников парламентариев. Раскол начался в Моссовете. Около часу ночи президиум Моссовета принял заявление о том, что «своим указом от 21 сентября 1993 г. № 1400 «О поэтапной конституционной реформе Российской Федерации» Президент Российской Федерации Б. Ельцин предпринял попытку роспуска законно избранных органов государственной власти».
Зампред Моссовета Юрий Седых-Бондаренко констатировал что изначально позицию президиума Моссовета и ВС РФ поддержали следующие райсоветы города Москвы: Октябрьский, Пролетарский, Дзержинский, Краснопресненский и Черемушкинский. Другие районы находились в раздумьях, пытаясь просчитать развитие событий. В здание Моссовета «для порядка» введен целый взвод бойцов первого полка милиции, которые перекрыли все выходы и входы.
В то же самое время Конституционный суд РФ закончил экстренное совещание и признал указ и действия президента Ельцина неконституционными и достаточными для отстранения его от должности: 9 голосов было подано «за» признание указа президента неконституционным, против — 4 голоса. И уже в час ночи по московскому времени наступившего 22 сентября председатель КС Валерий Зорькин заявил об этом журналистам.
Агония власти
ХРОНИКА:
День 22 сентября 1993 года стал днем, когда Кремль и парламент объявили друг другу ультиматум. Ни одна сторона не собиралась сдаваться. У каждой из сторон были свои сторонники. К Белому дому толпами шли люди. Толпы людей, желающие встать на защиту. Верящие, что возможна победа Верховного Совета. Уже в этот день перед зданием Верховного Совета было порядка 3 тысяч людей. Огромная, продрогшая толпа. В основном — представители патриотических движений.
А в это время продолжает свою работу сессия Верховного Совета. Исполняющий обязанности президента страны, Александр Руцкой заявляет об отстранении от занимаемых должностей министра безопасности Николая Голушко и министра обороны Павла Грачева и назначении министром обороны Владислава Ачалова, а министром безопасности — Виктора Баранникова.
Но Павел Грачев — верный исполнитель Бориса Ельцина, и он на той стороне, где сила… В отставку он уходить не намерен.
Координатор блока фракций «Российское единство» Николай Павлов призывает Руцкого немедленно отстранить от должности министра внутренних дел РФ Виктора Ери-на, и это находит одобрение председателя Верховного Совета Руслана Хасбулатова.
Но Ерин воспринял это заявление как детскую игру… И пропустил мимо ушей.
В Белый дом поступают сообщения из местных Советов народных депутатов о поддержке заявлений Р. Хасбулатова и А. Руцкого и о поддержке решений этой сессии. Но это — декларация. Поддержать на словах не означает выполнить.
Генеральный прокурор России Валентин Степанков заявил журналистам, что Борис Ельцин не может быть привлечен в настоящий момент к уголовной ответственности. Для возбуждения уголовного дела против Ельцина с него должна быть снята «неприкосновенность, которой он обладает как президент».
Противостояние усиливается. Одна сторона издает приказы, которые не работают. Другая сторона отказывается им подчиняться и делает вид, что ничего не происходит.