Они целовались, еще и еще. Хината давно уже закрыла глаза и тонула в ощущениях. Как сладко, волшебно, маняще…
Неджи отстранился, тяжело выдохнув ей в губы. Зацелованные, влажные, они тут же отозвались холодком. Хината испуганно вскинула глаза:
- Что-то не так? – спросила она встревоженно.
Неджи улыбнулся. Закрыл глаза и снова тяжело вздохнул, словно успокаивая себя.
- Спать! – скомандовал он и отстранился. Хината, потеряв тепло его тела, тут же почувствовала холод.
- А, да… – забормотала она. – Конечно. Извини, – зачем-то добавила она.
- Я был бы не против хоть всю ночь провести за поцелуями, – усмехнулся Неджи. – Но я здесь не просто так. Я твоя охрана, ты об этом помнишь?
- Угу. – Хината все еще не отошедшая от ласк, глупо смотрела на Неджи. Спохватилась и забралась под одеяло. – Но мы же в Конохе. От кого меня тут охранять? – легкомысленно пожала она плечами.
Неджи посмотрел на нее и промолчал. Наклонился, целомудренно поцеловал ее в кончик носа и вышел, тихо притворив за собой дверь.
Хината проснулась четко по часам. Шесть утра, утренняя тренировка. Тело привычно вытолкнуло ее из сна безо всякого будильника.
Она оделась, завязала волосы в хвост и осторожно вышла в коридор. Неджи не было видно.
Хината беззаботно улыбнулась. Яркому утру, птичьему щебету в саду, своему радужному искреннему счастью. Она сбежала по лестнице и открыла дверь в тренировочный зал.
Никого не было. Хината разочарованно осмотрелась кругом. Ни отца, ни Ханаби, ни Неджи. Пусто.
Хината прошлась по гладкому полу, разминая руки. Она могла бы уйти, забраться снова в теплую постель и урвать еще пару часов сна. Когда-то очень давно она мечтала именно об этом.
Резко оттолкнувшись, Хината сделала несколько прыжков, сальто, поворотов. Она была одна, никто ее не заставлял, не поучал, не натаскивал. И все же она не думала о том, чтобы уйти. Она хотела стать сильнее не для того, чтобы впечатлить отца или клан. Она хотела стать сильной, чтобы их защитить.
Через час дверь приоткрылась. Хината обернулась, но вместо Неджи медленно вошла Кам. Старая нянька за последние годы заметно сдала. Волосы совсем поредели, черты лица заострились, кожа стала похожа на папирусную бумагу. Она не могла больше помогать по дому, да и Хината и Ханаби повзрослели. Теперь она лишь заходила изредка в гости и только.
- Бабуля Кам, – поприветствовала Хината.
- Привет, милая, – негромко поприветствовала старушка, тяжело опираясь на трость. Ей было тяжело ходить по ступенькам, а пол тренировочного зала был специально занижен по отношению к остальному дому.
- Не заходи, – торопливо остановила ее Хината и подошла сама. – Пойдем присядем? Хочешь чаю?
- Чаю? О, только не вашего отвратительного. Хиаши вечно держит этот мерзкий сорт. Терпеть его не могу. И как он только его пьет? Я ему однажды принесла прекрасного чаю из страны Волн, такой был хороший, с травами, а пах! Божественно…
Хината взяла старушку под локоть и провела на кухню. Под нескончаемые воспоминания о вероломном отношении отца к драгоценному чаю Хината усадила ее и заварила-таки чай.
- А… – Кам привередливо понюхала чашку. – А этот не так и плох.
Это был любимый сорт Хиаши. Хината улыбнулась с грустью. Когда-то Кам была лучшим медиком в клане, но сейчас стала просто старой нянькой. Пару лет назад она торжественно отдала все свои записи, свитки с рецептами, драгоценные травы новому первому медику, женщине по имени Мика. “Ее служба клану закончилась, – сказал тогда отец. – Теперь клан будет служить ей”.
Тогда Хината не поняла его слов. Но сейчас, пожалуй, понимала.
Мягко улыбалась, поддакивая и пропуская мимо ушей нелестные замечания о родителях, сестре и даже Неджи. Со свойственной старости категоричностью Кам не щадила никого. Но Хината, уже не ребенок, все понимала и не обижалась.
- Скоро станешь главной, моя милая. И вот что. Помни главное: легко править лодкой, когда море спокойно. Вот! – сказала Кам и сделала многозначительную паузу. – Это и Хикару сказал, когда отдавал клан Хиаши. Его море и было спокойным. Сам ли он этого добивался, или уж так сложилось, кто знает. Но тебе, Хината, такой роскоши не видать. Бурлит клан. Бурлит.
Хината настороженно отодвинула чашку.
- О чем ты, бабуля Кам?
- Да я-то что, старуха. Они и не скрываются при мне. Говорят все, что думают, я же уже того, – Кам со смешком покрутила пальцем у виска. – Сумасшедшая. Плохие мысли, плохие темные разговоры. Ох, чего только не говорят. Про Неджи много болтают. Много разного. Ты его остерегайся. Не друг он тебе. Не брат.
- А кто же? – негромко спросила Хината.
- Соперник, вот кто! – громко заявила Кам. – Соперник, уж ты поверь. Его многие, многие называют. Способный уж больно, на виду. А ты не такая. Где им понять, какая ты, если тебя не видно, не слышно.
Сердце Хинаты упало куда-то в желудок.
- Он из побочной ветви, – произнесла Хината и тут же скривилась. Как она – она! – та, что всегда не понимала и осуждала это разделение, так легко ухватилась за единственную соломинку. Приписала Неджи к побочной ветви, словно разом списала со счетов.
- Как и половина клана, – хмыкнула Кам и шумно отхлебнула чаю. – Побочная, главная, всё едино – Хьюга, всё одна кровь. Кланом управлять – не на троне сидеть. Защищать надо, заботиться. Даже когда твои не правы, даже когда несправедливо, а все равно за своих стоять. Вот за таким главой клан пойдет.
- Что же – я должна и преступников защищать? – удивилась Хината.
- Своих – должна. Если не глава клана, то кто должен? А?
Хината нахмурилась и, приняв последние слова за старческий бред, не стала в них вдумываться. Глупости.
- Стой за клан, Хината. Тогда и он за тебя постоит. Там, где кровь, – там крепко люди друг за друга держатся. А там, где слова, – там ничего. Все пусто. Вон, возьми хоть деревню. Ну где они, великие саннины? Преданные были, а все разбежались кто куда. Орочимару Сарутоби убил. Ученик учителя. Эх, нет… Нет порядка в селении. Кто после Цунаде будет? Неясно.
Хината вдруг улыбнулась.
- Узумаки Наруто.
- Узумаки? Да, был клан. И Сенджу, ох какой был клан. Учиха, те еще кровопийцы, а друг за друга стояли горой. Сплоченные были, зуба не подточишь. Все как один. Да и на них нашелся… Ох, Хината. – Кам горестно покачала головой. – Сложно тебе будет. Времена тяжелые. Чувствую, а сделать уже ничего не могу. Старая. Ты уж послушай меня, что-нибудь да запомнишь. Защищай клан. Всегда защищай. Там, глядишь, и поймут они, какая ты.
Хината проводила старушку до крыльца, помогла спуститься и распрощалась.
Пришел Ко, торжественно заявивший, что днем он ее охраняет. Хината вежливо улыбнулась и приличествующе случаю коротко поклонилась.
Войдя обратно в дом, она поднялась наверх и быстро переоделась в привычную толстовку.
Птицы все так же щебетали за окном, но Хината уже не улыбалась.
Медицинские дзюцу с возвращением в деревню Цунаде разом обрели второе дыхание. На техники, как и на музыку и одежду, время от времени случалась мода. И в последние годы все девчонки поголовно изучали лечебные дзюцу. Сакура блистала навыками, полученными от самой Хокаге, Ино старалась не отставать, а Хината и сама не поняла, как однажды оказалась на занятиях по первой помощи.
Для медицинских дзюцу требовался филигранный контроль чакры, и хоть Хината и понимала, что такого таланта, как у Сакуры, у нее нет, все же получалось не так плохо. Потому что она умела от рождения усиливать и ослаблять давление чакры, управлять ее движением, чувствовать через нее предметы. Это была ее кровь, кровь Хьюга, мастеров в контроле чакры. Ее клан, конечно, специализировался на нанесении ущерба этой самой чакрой, которой Хината пыталась залечивать ткани, но и для того и для другого требовалась точность и контроль, а этим Хината обладала сполна.
Хината рассудила, что немного дополнительных навыков никогда не помешает и, как и все девчонки, время от времени стала ходить на занятия к Шизуне.