Наконец они расчистили вход на лестницу. Ивао спустился вниз, остальные остались стоять. Мужчины из старшей ветви молча ушли.
Солнце над разрушенной Конохой катилось к горизонту. Они стояли плечом к плечу, взмокшие, грязные, усталые, и ждали.
Неджи посмотрел в сторону старшей семьи. Сгрудившись вокруг какой-то находки, они оживленно переговаривались.
Первой поднялась Хитоми. Неджи подал ей руку, помогая выбраться наружу. Она молча сжала его ладонь, поднялась и тут же отошла. Показалась следующая женщина, Ко помог ей выйти и принял с рук на руки напуганного малыша лет четырех.
Ребенок осмотрелся вокруг, открыл рот, но изумленный и испуганный возглас так и не сорвался с его губ.
Неджи протягивал руку снова и снова, и его ладонь тут же сжимала очередная рука. Никто не плакал, никто не пытался выбраться раньше прочих, все происходило так, словно каждый день напуганные женщины и дети выбирались из заваленного обломками убежища на руины родного дома.
Сдувая со лба растрепавшиеся голубые ленты, Хитоми принесла ведро воды и по очереди напоила всех мужчин.
- У нас там было воды хоть упейся, но ее теперь не вытащить! – рассмеялась она деланно весело.
Неджи с удовольствием напился и передал ковшик Ко.
- Откуда? – спросил он у Хитоми.
- Эти уже колодец расчистили, – кивнула она в сторону главной ветви.
Неджи увидел еще несколько высоких палаток, выросших над руинами квартала.
На территории деревни происходило то же самое. Там и тут вырастали шатры, сновали медики, примчался АНБУ, забрал десяток мужчин для охраны границ и оставил несколько коробок с сухими пайками. Пришли медики, справились, нет ли раненых, долечили ногу Ко.
Женщины и дети разбрелись по развалинам, выискивая и вытаскивая из-под обломков все, что могло пригодиться.
Под одобрительный рев и смех соклановцев Неджи и Ко вытащили из-под крошева дерева мятый холодильник. Мика Хьюга тут же отстранила их от находки, открыла дверцу и быстро вытащила из него все живое продовольствие. Уже отходя, бросила Неджи нераспечатанный пакет яблочного сока.
- Нашедшему – приз! – усмехнулась она.
Он улыбнулся. Деловитость этой женщины его изумляла. Из четырех резных балок какого-то дома сделали скамьи, на три шеста натянули кусок ткани для крыши, и вот уже на костре, очистив от пыли найденную где-то чугунную сковородку, она жарила чудом уцелевшие яйца, чтобы накормить своих и чужих детей. А те, уплетая за обе щеки тремя вилками на десятерых, как ни в чем не бывало болтали ногами и обменивались впечатлениями.
- Клан на пикнике, – прокомментировал Ко.
- Темнеет. – Неджи обвел окрестности взглядом. Там и тут мерцали огоньки костров, где-то вдалеке жужжал генератор и светился белый свет фонаря. – Нужны футоны и одеяла.
Они с Ко спустились вниз в убежище. Помещение почти не пострадало, а вот лестницу знатно потрепало. Посреди дороги валялась балка, изрядно присыпанная землей.
- Думаешь, не опасно? – спросил Ко.
Внизу было темно, хоть глаз выколи, но что такое темнота для Хьюга?
Они вдвоем осмотрели конструкцию бьякуганом.
- Нет, крепко.
- Тогда полезли. Там должен быть шатер и футоны, по крайней мере в том были.
В том, то есть в убежище главной семьи. Неджи почувствовал, как его метка на лбу зажглась огнем. Словно свежий ожог, заныла и запульсировала, напоминая о себе. Сколько раз он смирял это чувство, ради клана, ради памяти отца, ради Хинаты…
Хината…
Впервые за много часов он позволил себе вспомнить о ней. И тут же велел себе забыть. Позже.
Они осторожно пробрались под балкой и спустились вниз на несколько пролетов.
- Мда, не чета царскому, – усмехнулся Ко, когда они зашли внутрь небольшого помещения. – Там одна дверь, наверное, тяжелее, чем все эти стены. Хината-сама ее даже сдвинуть не смогла.
- А ты и рад был помочь, – хмуро сказал Неджи, собирая разбросанные по полу футоны.
- Рад. – Не стал спорить Ко, вытаскивая из угла сложенный, затянутый ремнями шатер. – Это было чертовски смело с ее стороны.
- Чертовски глупо. И за эту глупость расплачиваться придется, естественно, не ей, а тебе.
Ко пожал плечами. В черно-белом зрении бьякугана Неджи смотрел, как он беззаботно улыбается.
- Ты не видел физиономию Хизэо, – усмехнулся он. – Да я за такое зрелище всю жизнь ей двери открывать готов.
- Что ж, возможно, шанс представится. Может, старейшины тебя приставят к ней в прислужники на всю жизнь за такую дерзость. Или еще хуже…
- Да что они могут…
- Все что угодно! – отрезал Неджи. – Ты что, не понимаешь? – разозлился он. – Она – дочь Хиаши, и ей, конечно же, ничего не сделают. Ну а ты кто? И что сделают с тобой за то, что ты нарушил его приказ?
Ко пожал плечами.
- По итогу – все довольны. После ее схватки с Пэйном никто не скажет, что Хьюга не участвовали в битве, верно? А я… Да что я, друг? Ну накажут… Не в первый раз.
Они побродили по убежищу, собирая то, что могло пригодиться и что можно было поднять наверх. Перенесли это ближе к выходу.
- Не мог я ей не помочь, – вдруг сказал Ко серьезно. – Всю жизнь жалел бы, что не помог.
Неджи внимательно посмотрел в его глаза. Что это? Влюбленность? Желание приблизиться к наследнице?
Ко всегда тепло относился к Хинате без видимых причин. Если говорил о ней, то неизменно с улыбкой, если нужно было сопровождать или охранять ее – вызывался без раздумий.
- Или всю жизнь будешь жалеть, что помог, – хмуро ответил Неджи.
- Я не знаю даже, – продолжал Ко, не обратив внимание на его реплику. – Что-то в ней такое есть. Понимаешь?
Ко поднял кулак и показал его Неджи, крепко сжав.
- Такое!
- В Хинате? – скептично уточнил Неджи.
- Да, в Хинате-сама, – кивнул Ко. – Знаешь, Ивао-сан всегда говорит, что ты мог бы изменить клан. И да, ты можешь, наверное. Но и она тоже. Она тоже может, Неджи. И, похоже, хочет. И как ей было не помочь? Пусть делают, что хотят, – махнул рукой Ко. – Я ни о чем не жалею.
Неджи посмотрел на него и ничего не ответил.
- Позовем еще троих, встанем цепочкой и поднимем все это, – холодно сказал Неджи, выходя на лестницу.
Когда Неджи выбрался наружу, уже совсем стемнело. Неутомимая Мика усадила их на свободные места на скамейках, всучила по куску хлеба и сыра, поставила сковородку с жареными овощами вперемешку с галетами из сухого пайка и ушла распоряжаться установкой шатра.
Неджи хмуро сжевал ужин и тут же встал, собираясь снова помогать. Но кругом уже был более-менее налаженный походный быт. Расчистили колодец, поставили шатер и загнали туда спать детей, даже туалет и умывальники и те уже сделали. Благодаря бьякугану Хьюга расчищали завалы и находили под ними уцелевшее гораздо легче и эффективнее остальных.
- Нужно пойти в деревню, посмотреть – может, нужна помощь кому-то, – решил Неджи.
- Неджи, успокойся. Не один ты тут, в Конохе, – вяло осадил его Ко. – Ночь на дворе, все уже кое-как приткнулись. Расслабься, утро вечера мудренее.
Неджи, все еще стоя на ногах, вдруг заметил в пяти шагах от круга света от костра одинокую фигуру.
На обломках одного из домов, не решаясь приблизиться, стояла Хината и смотрела на него из темноты.
Неджи замер. Зачем она пришла? Может, принесла им еды с роскошного стола главной семьи? Неджи видел, как они вытаскивали припасы из убежища, как располагались с королевским по нынешним меркам комфортом. А они в сотне метров рыскали по обломкам, словно псы.
Клан, что в горе, что в радости, оставался разделен на два лагеря. Пусть открыто не враждебных, но отстраненных. Слуги и господа, знать и чернь. Что тут еще можно было сказать?
Неджи один из немногих в младшей ветви был вхож в семью Хиаши и автоматически в старшую ветвь. Его ценили, относились снисходительно. Но Хината никогда не была вхожа в младшую ветвь. И ее появление здесь сейчас, скорее всего, было бы встречено враждебно и настороженно.