– Я согласна, полковник. Мы, старые воины, благодарны за любое назначение, ты же знаешь. Когда мне начать?
– Лучше немедленно. Начнем со строевой, если хочешь.
Она кивнула.
– Хорошая задача, как я и ожидала. «Разойтись»?
– Разойдись.
У двери она остановилась.
– О, кстати, твое разрешение назначить ко мне Диану очень поможет. Никто здесь еще не знает нас, поэтому прошлые заморочки не всплывут.
– Она неопытная и вольнорожденная.
– Но она так же надежна, как защита двигателя от перегрева. Ты увидишь.
– Ты можешь использовать личный состав так, как пожелаешь, звеньевой Джоанна.
После того как она ушла. Жеребец шагнул вперед. Он наблюдал за встречей, удобно прислонившись к стене.
– Что все это значит? – спросил он. – Неужели у тебя есть какая-то стратегия, которую я не замечаю?
Эйден убрал кучу бумаг с края стола, а затем уселся на очищенное место. Глядя на своего друга, он увидел, что Жеребца, как и его, уже коснулись признаки возраста. В любой другой части они оба давным-давно уже считались бы старыми воинами. Но в сравнении с теми развалинами, которых прислали в Соколиную Стражу, Эйден и Жеребец все еще казались молодыми.
– У меня есть стратегия. Она очень проста и заключается в том, что Соколиной Страже нужен кто-то, кто может привести в форму эту свору неудачников. Для такой цели прекрасно подойдут особые таланты Джоанны, и я собираюсь их использовать. Умение командира заключается прежде всего в том, чтобы эффективно использовать личный состав.
Жеребец открыл было рот, чтобы возразить или просто ответить, но их разговор прервал шум, характерный для драки. Эйден быстро подошел к окну. Жеребец последовал за ним. Кричал один из недовольных воинов, который лежал сейчас в нескольких метрах от окна и держался за челюсть. Над ним стояла Джоанна. Рядом замерли несколько других воинов, которые с удивлением наблюдали за происходящим.
– Сдается мне, Джоанна приступила к выполнению своей задачи, – сухо прокомментировал Жеребец.
В течение следующего часа Эйден просто бросил свои обычные дела ради удовольствия наблюдать из окна, как Джоанна проводила строевые занятия. Она и Диана сновали между воинами, подгоняя их ради более быстрого и лучшего выполнения упражнений или просто для того, чтобы заставить их двигаться, когда они делали вид, что готовы упасть от изнеможения. В первые минуты занятий некоторые воины пытались проявить неповиновение, но оба инструктора по строевой подготовке встречали каждую такую заминку адекватным физическим воздействием. Несколько старых воинов уступили без труда, с другими пришлось повозиться подольше. Но в любом случае Джоанна и ее помощница одерживали верх. У них было преимущество – они просто находились в гораздо лучшей форме, чем все эти престарелые и покрытые пылью недотепы. К концу часа этот тринарий Соколиной Стражи действительно начал показывать относительную точность в групповых движениях. Джоанна немедленно приказала собраться в строевой зоне другому тринарию.
Удовлетворившись тем, что Джоанна прекрасно выполняет поставленную перед ней задачу, Эйден начал пристальнее изучать Диану. Что-то в этой девушке все больше и больше напоминало ему Марту. Конечно, все это было беспочвенно. Конечно, его воображение, должно быть, превратило легкое сходство в нечто большее. Но Диана не только имела внешнее сходство с Мартой в молодости, но и в движениях немного походила на нее. Более того, Диана обнаруживала как раз те навыки, которые были характерны для Марты. Контрастом оставалась лишь бесшабашность Дианы. Марта была методичной, можно сказать, даже дотошной, а у Дианы безоглядность походила на качество, присущее больше Эйдену, чем Марте.
«Ладно, – подумал он. – Клановцы всех каст могут быть похожими друг на друга. Разве не говорится, что каждый имеет близнеца в другом мире? Иногда это кажется вполне возможным».
Первый раз за многие годы Джоанна почувствовала оживление.
– Ты знаешь, что это такое? – объяснила она Диане. – Это власть. Я всегда жаждала власти. Для меня это означало только находиться на самых высоких уровнях командования. Только обстоятельства не позволили мне достичь этого. Но твой отец дал мне шанс...
– Пожалуйста, не упоминай о том, что он мой отец. Если кто-нибудь услышит...
– Если кто-нибудь услышит, то не обратит на это внимания или не поверит. Твой отец сам отнесся бы к этой информации не более чем с любопытством. Тебе не нужно прилагать каких-то усилий, чтобы поразить его сообщением о том, что ты его дочь. Порази его тем, что ты хороший воин. А теперь заткнись! У меня много работы.