– Вы в бегах?- спросил Сашка.
– Три уж года,- кивнул мужик.- Надоело там торчать.
– Длинный срок?
– Пятнадцать,- мужик кашлянул.- Второй. Первый – десять.
– Ясно. Непреднамеренное убийство с отягчающими обстоятельствами,- Сашка протянул пачку "Беломора". Бородатый взял, достал папиросу, прикурил от головешки, затянулся дымом и продолжил свой рассказ:
– Первый срок отсидел от звонка до звонка. Вышел. Приехал в Алдан. Устроился на автобазу слесарем. Сам-то я из Красноярского края родом. Год проработал и попёрся домой мать проведать, ну и не доехал, ещё на пятнадцать загремел. В 1976 это было. В 1988 подался в бега и с тех пор ищу.
– Почему в этих краях? Может, нужный тебе человек в другом месте,- спросил Сашка, хоть уже понял, что этот мужик – ходок к нему.
– Кто его знает? Всё может быть. Он в Алдане обитал, но до второй моей ходки в лагерь. Обещали свести меня с ним, но не сразу, приглядывались, видно. Он ведал промыслами таёжными, а мне работать,- мужик потряс руками,- всё нипочём. Мог ему в деле сгодиться. Тогда вот не смог дойти, а теперь его нет в Алданском районе.
– В бега-то что подался?- Сашке было интересно, почему он убежал из лагеря.
– Меня "хозяин" зоны невзлюбил, жуть,- мужик потряс головой.- А я тоже упрямый, как баран, не за себя, за народ голос поднимал. Вот он мне "Белый лебедь" и оформил, сука, я при пересылке и дал ходу. Лучше в бегах, чем с тамошним народом вместе тянуть.
– Что ж, у лагеря этого слава плохая,- утвердительно кивая, произнёс Сашка.- А ты на каком был?
– На крытке. Под Боровцами Иркутской,- ответил мужик.
Такой лагерь существовал и там действительно начальником был не человек – лютый зверь. И если он не смог с этим мужиком сладить, значит крепкий этот сибирский орешек.
– До первой судимости ты золото добывал?
– Было дело, но не долго. Два года после армии. Я в отпуск ехал – артелька, где я работал, на Камчатке,- в Красноярске заскочил водки выпить в кабак. У нас сухой закон был. Подсела пара блатных, стали наезжать, я их просил, уговаривал миром разойтись – не послушались. Я из кабака, а они насели толпой. Три трупа и куча поломанных. Так десятку мне и зачитал судья.
– Сам-то цел остался?
– Как милиция подскочила, стоял ещё на ногах, потом сознание ушло. Заштопали в больничке, в тюремном лазарете врачиха подлечила. Нормально отделался.
– Второй раз как?- спросил Сашка.
– Встретился лицом к лицу с одним из тогдашних фраеров в аэропорту. Он псов своих на меня и пустил. Я, правда, уже поумнел, драку затевать не стал и ретировался. Гада этого удавил в его машине, он бы мне покоя не дал. А его папашка, козёл, при власти. Но срок дали не за убийство, следствие доказать мою причастность не смогло. Подсунули "песок" и оформили дело. Пока я отбывал, папашка этот тоже скрючился, гадёныш. Ну да чёрт с ними, прошлое дело,- мужик перестал говорить, давая понять, что больше сказать нечего.
– Располагайся,- сказал ему Сашка.- Отдыхай. Я и есть нужный тебе человек. Кто с автобазы обещал тебя свести?
– Он в аварию попал. Слетел с перевала под Орочоном. Гриша его звать, Мельник.
– Хорошая память,- Сашка протянул для пожатия руку, мужик пожал.
– Так в лагере всё лишнее отсеивается, специфика,- мужик отложил винтовку и стал укладываться.
– В лагере туберкулёз не нажил?
– Бог миловал. Сам не знаю почему. Все вокруг мучались сильно, а ко мне не привился.
– Хорошо. Отдыхай, переговорим завтра.
– И то верно. Устал я, однако,- мужик принял от Сашки скатанный в рулон спальный мешок, развернул его, постелил, лёг сверху. Винтовку положил рядом.
Глава 6
Разговор с "Крысой" состоялся под утро.
– Что, Крапивников, получился разговор с Лёней?
– Александр, я тебя знаю, но ты меня в такие дела втянул, что мне долго не прожить.
– Да не дрейфь, Крапивников, я же тебе гарантии дал. Что тебе Лёня ответил?
– Что ты вне закона и он платить не станет.
– Наш человек с тобой рядом?
– Да.
– Передай ему трубку.
– Я слушаю, Саш,- послышался голос Демида.
– Поймай Лёню.
– Его ловить не надо, он сидит на табуретке напротив с кляпом во рту. Могу хоть сейчас его удавить.
– Спроси его, может он перед смертью что-то мне сказать хочет.
– Выясню,- было слышно шуршание и Демид произнёс:- Хочет.
– Если с моей головы упадёт хоть один волосок, ты будешь иметь дело со всеми авторитетами,- послышался голос "Чапая".
– Кто тебе сказал, засранец, что мне есть дело до всех?- перебил его Сашка.- Мне до всех пока дела нет, а есть конкретно к тебе.
– Что ты хочешь?
– Заплатишь мне за то, что сунулся не в своё хозяйство, миллион семьсот тысяч долларов.
– Где заявлено, что там твой огород?
– Вот что! Мне всё равно кто ты, хоть президент России, и ты заплатишь столько, сколько я тебе сказал, а не сделаешь этого – твой труп будет болтаться на фонарном столбе против здания Верховного Совета, именуемого в народе "Белым домом".
– Ладно,- пошёл на попятную Лёня,- я заплачу, но мне надо время.
– Сколько?
– Недели две.
– Тогда два миллиона.
– Хорошо, согласен.
– С людьми твоими что мне делать?
– Они мне не нужны, раз заложили. Можешь их убить, я за них платить не буду.
– Передай трубку моему человеку,- сказал Сашка и, когда взял трубку Демид, произнёс:- Снимешь с него два зелёных, он просит две недели на сбор. Просрочит – включишь счётчик, будет волынить больше месяца – пустишь в расход.
– Сделаю. А с Крапивниковым что? Он в мандраже.
– Подстрахуй его на время.
– Люди есть, сейчас освободились. Дел нет.
– Вот и прикрепи.
– Он говорить с тобой желает.
– Ну, давай.
– Александр, вы знаете, я вас не подводил, но мне в Москве будет плохо. Угреют. Тут такое происходит…Дайте мне возможность где-нибудь осесть. У меня есть свой капиталец и я в тягость не буду,- слышался голос "Крысы".
– Много имеешь?
– Три миллиона имею.
– Языки знаешь?
– Немецкий.
– Тихая Дания подойдёт?
– Вполне. Мне хоть к чёрту в пасть, лишь бы из России убраться, хоть к дьяволу.
– Дай моего человека,- когда Демид взял трубку, Сашка сказал:- Убери его в Данию с его капиталом.
– Может, не стоит?
– Он честно помогал, надо помочь. Старость не за горами. Чего он там недоговорил о происходящем?
– Всех старых авторитетов в Москве взяла в оборот новая мафия. Молодые и злые, насели так, что дня не проходит, чтобы кого-то не подорвали или не обстреляли. Саш, оформлю я его, ладно, что с него взять,- и Демид сошёл со связи.
После разговора Сашка уснул. Проснулся поздно, когда солнце выплыло из-за горизонта. Он сполоснул руки и лицо в русле ручья, вернулся к костру, на котором кипел чайник и булькала в котелке каша. Окинул взглядом всех: мужик, пришедший ночью, рубил ветки для костра, остальные сидели и наблюдали за тем, как он это делает.
– Брось это занятие,- сказал ему Сашка.- Жрать охота.
– К этому меня приглашать дважды не надо,- мужик воткнул топор в пень и подошёл.
– Разговор слышали ночью?- спросил Сашка задержанных, на что они вразнобой закивали.- Ваш хозяин от вас отказался. Вы вольны вернуться в Москву, но не советую, сгинете зря. Могу предложить выбор – остаётесь тут на время, поработаете, сможете иметь много денег.
– Делать-то что?- спросил парень с крестиком.
– Соберём артельку, будете золото добывать.
– Так ведь зима вот-вот,- парень потянул ноздрями холодный утренний воздух.
– До зимы ещё далеко, а добывать можно и зимой, в шахте.
– А если откажемся?- спросил парень, не веря, что их, возможно, отпустят.
– Я не настаиваю. Нет желания – так вон, завтракайте и топайте домой,- Сашка отвернулся от него и обратился к мужику:- Как тебя величать?
– Да мне без разницы, хоть Петром. Могу и полным именем назваться, да прока в том нет,- сказал мужик.
– Мне твоё полное имя и не надо. Пусть в тебе будет, мне его знать и впрямь ни к чему,- произнеся это Сашка, стал есть кашу.
Позавтракав, Сашка дал своим команду собираться. К нему подошёл парень с крестиком.