– Там посылка есть,- предупредил старший, Сашка кивнул.- Нам где быть, с вами или рядом?
– Посылку кто припёр?- вместо ответа спросил Сашка.
– Наш "грузовик".
– Хорошо,- Сашка аккуратно отламывал кусочки хлеба.- Далеко она отсюда?
– Километра два.
– Маски у вас есть?
– Маски-то есть, только что с того? Мы в нелегале.
– Тогда идём вместе, коль есть желание, а нет – то со стороны наблюдайте,- предложил Сашка.
– Что, Максим?- спросил старший у второго.- Попьём водовки с генералами, иль в одиночку?
– Мне, Жух, всё одно с кем пить, но если Александр не против, то можно и с ними. Только мы позже подойдём. Пошарить надо после их прибытия, чтобы они чего не учудили,- сказал Максим.
– Пошли тогда,- Сашка встал.- Рассыпемся по одному до места посылки.
Все разошлись в разных направлениях. Сашка пришёл к посылке последним. Это был увесистый, килограмм на пятьдесят, мешок. В нём прислали продукты. Левко достал два вещмешка и, разложив всё содержимое на четыре равных доли, стал укладывать свою, остальные поступили также, забрав свои части.
– Ну что, мужики?- произнёс Сашка.- Место встречи знаете, идём порознь. Я выхожу на встречу один, а вы делаете обход и присоединяетесь. Особо не спешите.
И они опять разбрелись по тайге в разных направлениях.
Глава 2
В точке встречи стоял вездеход, чуть накренившись, заехав гусеницей на бревно. Сашка зашёл сзади, так, что его не заметили. Тихо прошёл рядом с вездеходом и направился к стоящим и беседующим: Панфилову, Гунько, Евстефееву, Пешкову, Потапову. Сержант с базы Пешкова, водитель, спал, устроившись на своём месте. Чуть поодаль бродил ещё один, незнакомый Сашке, мужик. Панфилов, заметно поседевший за эти годы, стоя к месту, откуда появился Сашка, лицом, первый его заметил и, раздвинув стоящих рядом, шагнул в его направлении.
– Что,- сказал Сашка, стукнув сапогом по гусенице,- наконец-то новые одели, а говорили, что страна вас забыла.
– Ну вас, лесных, с вами дело иметь опасно,- подходя и здороваясь, заметил Гунько, приветливо при этом улыбаясь.
– Разве я не вовремя?- удивлённо спросил Сашка, продолжая здороваться с остальными.- Это вы техникой летаете, а мы по старинке – ходим по грешной земле своими двоими.
– Да я в том смысле, что тихо подкрадываетесь, могли ведь и напугать. Мы-то, чай, не молодые. Поберегите наши нервы, Александр,- Гунько хитро прищурился и спросил:- А вы один?
– Матёрый вы волк, Юрий Ефимович,- улыбнулся Сашка.- Нет, не один. Мои в обходе.
Последним с Сашкой здоровался Панфилов. Он долго держал Сашкину руку и молчал, тряс её и, в конце концов, произнёс:
– От матушки моей вам низкий поклон и спасибо,-Панфилов неуклюже притянул Сашку к себе, обнял.- Просила лично обнять и передать эти слова, за фотографию и кольцо,- и ещё раз обнял Сашку.
– Мне, Сергей Петрович,- Сашка осёкся,- ничего, что я вас так называю?
– Отчество я поменял на отцовское,- сказал Панфилов, выпуская Сашкину руку,- а вот фамилию не стал, так что в самый раз. Теперь привык, хоть сначала и не реагировал.
– Мне, Сергей Петрович, поручили это сделать, не мои это заслуги, но мне приятно. Я передам тем, кто сохранил, спасибо, что помните. Мама ваша как? Здорова ли?
– Старость, куда от неё спрячешься? Болеть стала чаще, но чувствует себя ещё ничего,- ответил Панфилов.
– Пожелание здоровья ей от меня передавайте, поблагодарите её за мужество, столько-то лет тайну хранить – бесследно не проходит, особенно в то тяжкое время.
– Спасибо! Обязательно передам, обязательно.
– Вы, я вижу, с собой психоаналитика прихватили,- Сашка кивнул в сторону незнакомого мужчины, бродившего неподалёку.- Хотите нас пощупать?
– Только с вашего согласия,- промолвил расторопный Гунько.
– Валяйте. Это можно, тем более, что степень обоюдного доверия меж нами не пострадает. Только предупредите его, чтобы особо свои флюиды не распускал, а то собственная шкала не выдержит,- Сашка постучал по лбу пальцем и пояснил:- Там механизм непознанный ещё пока, и надо придерживаться принципа закона Ньютона: сила, с которой ты воздействуешь на тело, прямопропорциональна той, с которой тело воздействует на тебя.
– Интересно интерпретируете великого физика. Он достаточно компетентен в этих вопросах и, надеюсь, не оплошает,- ответил Сашке Гунько.
– Если бы все, Юрий Ефимович, были компетентны, нам бы с вами встречаться не пришлось, всё бы и так было нормально,- этими словами Сашка ударил ниже пояса для того, чтобы проверить реакцию и готовность военных к переговорам. И ответ последовал незамедлительно.
– Тяжёлый вы человек, Александр,- сказал Гунько.- Бьёте наотмашь, побойтесь Бога, не сходите с колеи.
– Хорошо,- согласился Сашка, оставшись довольным реакцией.- Я страсть как люблю проверять. Во мне "контра" величайшая умирает без применения. Вашего человека тоже могу проверить, если позволите?
– Согласен, действуйте,- Гунько подозвал мужика и, коротко объяснив ему суть, посмотрел на Сашку.
– Условия просты. Я пришёл один, должны подойти ещё несколько человек. Важно не только количество, но и точность направления указать, где они появятся.
– Я попытаюсь,- сказал мужик,- хоть мне таким заниматься не приходилось.- И отошёл в сторону.
– Не настаиваю,- сказал ему вдогонку Сашка, но тот не ответил. Сашка снял рюкзак, положил его на ствол дерева и обратился к присутствующим с вопросом:- Как поступим нынче, и располагаете ли вы временем?
– До утра послезавтра будем здесь, а дальше видно будет что и как,- ответил за всех Гунько.
– Виктор Владимирович, нам, татарам, где быть – всё равно, а у вас служба, и вы, я знаю, слоняться без дела не любите,- Сашка ненавязчиво намекнул, что держать Пешкова не стоит.
– Я, с вашего разрешения, отъеду,- обратился Пешков к Гунько, как к старшему по званию и должности, Панфилов был в отставке и в расчёт не брался.- Прибуду, когда скажете. Дел много, честно говоря, к зиме готовимся.
– Тогда, Владимирович, послезавтра к десяти утра, если не затруднит,- назначил время Гунько.
– Как прикажете. Только гонять лишний раз не хотелось бы, а то топлива дали лимит,- стал оправдываться Пешков.
– Виктор Владимирович,- Сашка достал из сапога карту и, ткнув в неё, сказал:- Вот тут стоят пять бочек двухсотлитровых с соляром зимним, это метров пятьсот от поворота русла ручья. Увидите сломанную вершинку у сосны, под ней и отыщете. Топливо слейте у себя, а бочки, как сюда поедете, сбросьте на то же место. Чужие.
– У вас что, Александр, свой заводик в тайге есть или привозите?- спросил Гунько.
– Привозим,- Сашка направился к вездеходу, продолжая говорить,- как и многое ещё. Обидно, что государство перестало этим заниматься. Бросило всех, кто ему прибыль давал, на произвол судьбы. Да речь не о том. Выгружаем, что ль?
– Да, да,- Гунько первым двинулся к вездеходу.- Мы с собой прихватили палатку и ещё кое-что, ночью уже холодно.
– Минус есть точно,- подтвердил Сашка.- Только у костра надёжнее, чем в палатке. Начнёшь мёрзнуть – проснёшься и подбросишь дров, а в палатке сам себя греешь.
– На случай дождя взяли,- буркнул Гунько, принимая от солдата баул с палаткой.
– Моросить не будет,-заверил Сашка, помогая разгружать.- Место выбрали хорошее, удобное и в меру рыбное,- подзадорил он Евстефеева, который за всё это время не произнёс ни слова.
– Я без снастей,- ответил тот.
– Кусок лески, крючок да палка – вот и все снасти, что здесь нужны, а рыба клевать будет без наживки, – сказал ему Сашка.
– Посмотрим,- мрачновато процедил Евстефеев. Было видно, что он не в духе, и Сашка не стал задавать ему больше вопросов, переведя разговор в другое русло:
– Мужики, я займусь костром и ужином, а то мы сотню вёрст отмахали, мои архаровцы скоро подойдут, и если горячего не будет – не поздоровится,- и стал собирать сушняк для костра. Установил стояки, подвесил на перекладину чайник и котёл, данный Пешковым, и, пока закипала вода, срезав молоденькую лиственничку, отошёл к реке, где почти моментально надёргал десятка два хариусов, очистил их прямо в воде. Когда вернулся к костру, Потапов встретил его словами: