Хи-хи! Сплав рения и кремния, где кремний был основным. Эксперты сначала ошиблись. Дали определение, что это силикон. Тпр-ру! Силиконовая долина в Калифорнии. Это янки окрестили кремний силиконом. И если бы я не был химиком, хрен бы эксперты обнаружили рений. Эксперты сказали, что из такого ствола можно палить бессчетное количество раз, с бешеной скорострельностью и даже применять вместо пороха взрывчатку. Куда я клоню? Ухожу от оружия. Ему предложили, он купил и нет тут зацепок и увязок. Женат, пятеро детей. У всех много и у него есть. Может, они веры такой придерживаются. Сколько господь положит, столько и будет. А я своих бросил. Пёс я смердящий. Не бросил я их. Оставил. И не с пустыми карманами. Вернулся он в 1993 году. Искал руду в тайге четыре года. Искал ли? Мог где-то и быть в тот же период времени. Жена у него, конечно, из местных. А чего меня в эту глухомань понесло. И так ненавязчиво. Поезжай, говорят, проветрись. Дело, мол, пустячное, там дядька в местном совете обнаглел. Ничего себе наглость!? Это не наглость. Это сверххитрость соотнесенная по месту, времени и ситуации. Для такого шага надо иметь информацию. Иначе упрёшься в стену власти. Послал меня сюда лично генеральный. Точнее попросил присоединиться к комиссии. Что я тогда подумал? Я подумал, что от меня что-то хотят, как минимум утаить, и для этого желают моего временного отсутствия в столице. А вышло по иному. Мне показали: вот, мол, смотри, что у нас есть. Дальнейшее можно предугадать. Если за ним никого нет, то его сожрут. Будут, конечно, давиться, но, в конце концов, победят. Тихой войной. А если за ним есть кто-то, такой наезд единственная возможность выявить. Значит, за этим Карпинским тёмные силы, нас злобно гнетут. Или те, кто в силу обстановки, лёг в темень. В этом направлении у нас выбор обширный. Темноты столько, хоть глазки выколи. Да тот же КОРУНД, пропавший безвести, мог быть. Что ещё ему могут предъявить? Могут только одно. Его дело, но прежнее и хвост по нему. И тут у него пусто. Так выходит. Ну, с его слов, положим, так. Кредиты, что он брал в Швейцарии, могут стать поводом к наезду? А он, судя по размаху, взял много. Это явно. Могут. А если я влезу в крайность? И его, а концентрат будут перегонять в Германии, хотят достать, через наших скотов, из-за границы. У него рений, ниобий, тантал и германий. За этими металлами ракеты, энергетика, химия. Допускаем этот вариант как последнюю крайность. Значит, тебя, мистер Пороховщиков, попросили прицениться. Что ты им ответишь? Или ответил бы? А я бы им посоветовал срочно поднимать в небо стратегические бомбардировщики или случайно атаковать его дело ракетой с ядерной боеголовкой, мол, случайно сошла с курса и упала. Это я тоже как крайность. И верно ведь считаю. Другого ведь пути от него, вернее дела, которое он затеял, избавиться средств нет. Армию послать он повода не даст. А даст – тоже не страшно. Там земельки и гор, да и климат, похуже, чем в Чечне. Менты в таком раскладе вне игры. Этого генерала от МВД тоже послали в разведку. Что ж он там бедолага в рапорте накарябает? Что предложит? А ведь он не видел, как парнишка в тире из моей двустволки стрелял. Ему пятнадцать, но человек сто он убьёт, пока его случайно залп "Града" не накроет. Ага! Держи карман шире. Там квадратов миллион. А наши военные умеют только по квадратам. И на это расчёт сделан. Мосты деревянные? Ес! Горять? Ес! Аэропорт зароют, пустив поперёк канаву? Ес! Пешком от Якутска – тысячу километров? Ес! Ноги сотрут до крови и костей? Ес! Нападение возможно только летом, которого три месяца в году? Ес! Десант?! Отстреляют в тайге на подступах? Ес! Вертолёты? Это пока оставим. Ничего не подходит в виде мер борьбы. И остаётся в нашем арсенале: тяжёлая авиация и ядерная баллистика. Окопались? Ес! А почему там? Да потому, что в других частях страны достанут в мгновение ока своими дурными действиями, а в таком месте – иди кусни. Проект потому и сделан вдалеке. Глаза не мозолит. Про месторождение он мне сказал, что оно гавённое, но лучшего не дадут ему осваивать. Расчёт с привязкой к Хабаровскому краю у него не от балды. От ума. И так, что население, рабочие руки у него якутские и рядом. Не надо ничего со стороны тащить. Да и они все ему свои. Чёрт не выдаст – свинья не съест. Теперь он таскает впрок расходные, топливо и харчи. Страхуется на случай, если власти приспичит воевать. Запасы он спрячет. Если ему авиацию закроют, его и кредиторы не достанут. И на такой случай он оформил международные страховые полюсы. Аж в двух местах. Его тут прижмут, он вне ответа, страховые возместят и он волен в поступках по своему горному делу. А страховые надавят через мировые державы на руководство России. И потребуют долги уплатить за свою дурость. И власти он 50 тонн от щедрот сразу отписал не случайно. Он знает нашу поганую систему. Хорошо знает. 50 – это для затыкания глоток и для возможного торга. Против 50, если он их действительно даст, не смогут бить никакие аргументы. Всерутся. Ещё он кинул две тонны в залог. Бр-р-р! Мне этот человек нравится. Есть в нём жесткость достойная уважения, рискованность и талант. Он прав, когда отказался со всей делегацией встречаться, сказав, что срать на власть в Москве хотел. Он прекрасно знал, что к нему послан сброд, спешно собранный в пожарном порядке, чтобы его попугать. А что с ними встречаться? Ни к чему! Комиссии он не ждал, не вызывал, но принял нас с вице-премьером по чётко продуманному плану. Лихо! Это не мафия. Не криминал. Здесь пахнет чем-то большим. О! Совсем забыл. Он мне и о кризисе сказал. Намёком. Что деньги, мол, дали долларами, и пришлось их срочно распихивать, чтобы не остаться с носом. Это нюх?!! Или ему друг из Германии подсказал?"
В таких раздумьях об увиденном, прилетел Пороховщиков в Тулу.
Глава 7
– С чем пожаловали, господа хорошие?- Аркадий Петрович Егоров, генерал-лейтенант ГРУ в отставке, всматривается в пришедших. Их двое, они не молоды, но и ещё не старички, как он.
– Аркадий Петрович! Мы не будем вам представляться, говорит один из них.- Мы сотрудники "Баррикады".
– Попили мне ваши, в прежние годы, кровушки. Ох, попили! Да я обид не держу. Прошлое наше хоть и было не безоблачным, но не таким безнадёжно-коварным, как теперешнее. Только я не думаю, что смогу вам помочь. Водички-то утекло… Да и Союза уж нет. И я по возрасту вне дел. Пенсионерствую с грехом пополам.
– Но вас посещают всё-таки изредка.
– Гостей никто не запрещал! Это может запретить только личный страх. Ко мне наведываются люди не робкого десятка. Приходят посидеть, поговорить. Старики в основном. Такие же вешалки как я.
– Мы к вам по личному интересу.
– А мне какая разница?! За последние годы ко мне никто по государственному интересу не приходил. И "Баррикада", как я знаю, вне такого интереса.
– Но это не означает, что нам чужды интересы Родины.
– Нет у меня рентгена, чтобы просветить. И желания нет. Что вам надо я из вопросов смекну. Валяйте!
– Нас прошлое привлекает.
– Моё?!
– Общее. И ваше, и наше, и чужое. Если вы поможете.
– А разве объявлен общий сбор?
– Нет, пока. Но не исключено, что…
– Хотите зачистить свою конюшню?
– Условие это непременное. Без него…
– Без этого в лодку не посадят. Сообразующий момент возможен. Я вне игры, но слышал, что к этому идёт. Чистота рядов станет залогом приёма. Ну, естественно, при соответствующей подписке.
– Начнём?
– Вперёд! Мне будет интересно вспомнить старое.
– Пять лет назад нам закрыли в Швейцарии "форточку". Она была старой. Очень.
– Возраст?
– Восемьдесят лет.
– Ого! Хотя, что я удивляюсь. Ведь вас сам железный Феликс породил на свет. Хорошо, однако, пожила. Старушка.
– И поползновений на её провал не было. Всех она пересидела. И фашизм, и холодную войну. Уж на что тогда были условия тяжёлые, а тут вдруг умерла.
– Говорят, что при диктатурах работать проще. Надо знать внутренние инструкции и психологию населения страны посещения. Ну, ещё язык. Провал вашей "форточки" теперь меня не удивляет. При таком хаосе всё может статься. Раньше-то мы были с вами только конкурентами и только. Но не врагами. И свар за пределы своей страны не выносили. Чли кодекс. А сегодняшние, да и те, кто до них был, описались сильно. Бегут и сдают все кому не лень. Да чёрт с тобой, с засранцем, если ты задумал уйти. Но опускаться до паскудства сдавать, зачем? А ведь так и поступают. Убежит и за поганые деньги все секреты, блядь, наровит толкнуть. И по рогам никто таким козлам не даёт.