Неожиданно к ее спине прижалось горячее и крепкое мужское тело. Она не успела даже закричать, как перед ней появилась рука с татуировкой, которая прижала карту-ключ к замку, толкнула дверь, и мужчина запихнул девушку в темную комнату. На миг Юле показалось, что она отключилась от животной паники, которую ощутила при прикосновении рук и тела мужчины, который нагло прижимался и терся бугром в штанах о ее попку.
Девушка на долю секунды потеряла голос, да и глаза словно заволокло пеленой. А звуки ее оглушали – она слышала громкое дыхание напавшего на нее мужчины, а короткое коктейльное платье не служило защитой, да и под него она надела только трусики. Он буквально лапал ее, не позволяя ускользнуть. Да она и не могла: ее буквально парализовало. Юля не понимала, как спастись от озабоченного и подвыпившего кавалера.
Душа просто ушла в пятки. Юля едва не потеряла сознание. Она чувствовала, как большая ладонь заскользила по ее груди и обхватила горло, придерживая девушку, стоя, а не упала на пол к его ногам. Другая ладонь уже лапала ее голое бедро, забираясь под подол платья, сминая его.
- Не трогайте меня, - пропищала она, дрожа крупной дрожью.
- Не трепыхайся, сладкая, - выдохнул ей на ухо мужчина, обдавая запахом алкоголя и терпкой туалетной воды с запахом сандала. – Будь ласковой. Мы развлечемся, и ты вернешься к своим друзьям.
- Нет.
- Не упрямься, - чуть сильнее сжал он горло и голое бедро и вжался пахом в ее попку. – Я все равно тебя трахну. Ты меня завела этим красным коротким платьем, светлыми волосами и невинным личиком. Я хочу и возьму тебя. Расслабься. Тебе понравится.
Он крепче притиснул Юлю к себе, лапая более откровенно и нагло. И она всем существом чувствовала угрозу. Ее сердце уже билось в ушах, и девушка почувствовала, что готова потерять сознание и ускользнуть от этого кошмара. Стальные руки не позволили сбежать, но все же Юля смогла испустить тоненький пронзительный писк. Конечно, он не произвел впечатления на охваченного похотью мужлана, который умудрился подтолкнуть ее вперед, впечатать животом в сиденье дивана и прижался к ней еще откровеннее, что она чувствовала отвратительный набухший член в его штанах.
- Хочу услышать твой голос, сладкая, - хрипло выговорил он, заводясь еще сильнее, - я услышу его обязательно. Тебе будет приятно.
Он засмеялся, а ее едва не стошнило от его слов. В ней будто лопнула какая-то пружина, и Юля завизжала во всю силу своих легких и начала дергаться под навалившимся на нее грузным телом.
- Ах ты, сучка! – выругался он, пытаясь удержать под собой вырывающуюся девушку. Он чувствовал, что ему становится все сложнее справляться с девчонкой, которая от испуга обрела силу и, наконец, стала бороться за себя. – Шутки кончились, - зарычал он, уже умудрившись задрать платье до самой талии и пытаясь сорвать с нее трусы, - я тебя сейчас…
- Отвали от меня! – извернувшись, укусила его за руку Юля, изо всех сил стискивая зубы. Теперь уже заорал он, чувствуя острую боль, пронзившую от места укуса до основания черепа. Он попытался ударить девушку, все шло не так, как он планировал: жертва успела не просто оклематься от страха, она напала на него сама, борясь за себя.
Но для него кошмар только начинался. Дверь содрогнулась от мощнейшего удара и буквально слетела с петель. Юле показалось, что даже стены и те задрожали от выпущенной на свободу мощи, когда дверь действительно сорвало с петель, и она влетела в комнату с ужасающим грохотом, упала на пол, едва не ударив по ноге ее обидчика. Девушка разжала зубы и отползла в противоположную сторону дивана, подальше от нападавшего, который выпрямился и испуганно обернулся к проему, в котором высилась на фоне неяркого света массивная фигура мужчины, чья мощь показалась весьма неожиданно и вовремя, как могла судить Юля.
- Не в моем клубе, - отрывисто проговорил хозяин, за спиной которого высились два амбала-охранника. – Вывести на задний двор, проучить как следует, и никогда больше не пускать в «Пинту».
- Я не виноват! – высокомерно ответил он, выпрямляясь в полный рост, не понимая, с кем имеет дело. – Она сама завлекала и просто передумала.
- Убрать, - повторил он свой приказ, не впечатленный оправданиями, притянутыми за уши. Он прекрасно слышал все и до сих пор чувствовал панический страх девочки, что забилась в угол дивана и пыталась натянуть на себя платье непослушными руками.