- Укройся, - предложил он, - как согреешься, сразу станет лучше.
- Спасибо. – Юля без спора последовала его совету и спряталась под мягкой клетчатой тканью. Она поверила, что ей ничто не угрожает в компании этого взрослого и странного мужчины. Сейчас девушка могла изучить своего спасителя при свете ламп. Хозяин ночного клуба сначала показался ей огромным качком, а сейчас она видела, что он не такой.
Юля с интересом изучала мужчину: его кожа была кремово-молочной и теплой, как она убедилась. На работу он пришел во всем черном – ботинки, брюки и рубашка, расстегнутая у ворота. Но она задохнулась, стоило рассмотреть его поближе: он поражал своей экзотичностью, которая давно не встречалась в Москве. Первое, на что она обратила внимание – миндалевидный разрез темно-карих глаз с почти черной каймой по краю радужки в обрамлении густых черных ресниц. Волосы мужчины были не просто черными, иссини черными, и коротко подстриженными по последней моде. Он оказался достаточно стройным с тонкой талией и узкими бедрами, но весьма широкими плечами, словно таскал на себе все гантели мира. А вот лицо мужчины ее сильно интриговало: на лоб падала непослушная короткая челка, нос был прямым, черты лица выдавали в нем аристократическое происхождение – они были тонкими и выразительными, а вот губы притягивали каждый женский взгляд, как и немного тяжеловатый подбородок с характерной ямочкой. Юля залюбовалась им, не понимая, что ее цепляет в мужчине – он был притягателен, выглядел лет на тридцать, да и не выделялся огромным ростом, как ей сначала показалось. Да, он был выше ее метр шестидесяти пяти, но не был великаном. Он просо обладал средним ростом, который по меркам современного поколения просто считался нормальным. Сейчас Юля видела, что он нормальный, с перепуга ей показалось, что ее спас настоящий терминатор. А на самом деле в нем было чуть меньше метр восьмидесяти.
Пока девушка рассматривала его, он тоже не отказал себе в удовольствии изучить ее. Из ее слов он догадался, что ей максимум двадцать два года, реально наивный и неиспорченный ребенок, он просто чуял это своим обостренным обонянием. Он успел заметить, какой хрупкой и беззащитной она казалась. Но она надела короткое красное платье, бросая вызов этому миру. Он заметил даже босоножки на высоком каблуке, чтобы придать роста, но она так легко ходила на них, что он про них забыл. Он сравнивал ее с Анхеликой и не находил ничего общего. Та девушка стала для него тенью: он помнил хрупкую темноволосую испанку с доверчивыми глазами, а сейчас перед ним была ее противоположность – такая же хрупкая смертная с более светлой кожей. Ее глаза под длинными темными ресницами напоминали туманное утро, такое же чистое и серое. Его просто поразили ее длинные светлые волосы до самой талии, которые она просто не собиралась укрощать, позволяя им струиться по спине. У нее были тонкие черты лица, вздернутый кверху носик и упрямый подбородок. Она была великолепна, как и безбожно мала для него. Хотя все женщины этого времени подпадали под такую же подборку – все были детьми по сравнению с ним. А с себе подобными он слишком давно запретил себе связываться.
- Я Арсений, - представился он привычным именем, чтобы не вызывать недоумения. – Пришла в себя?
- Спасибо, да, - ответила она. – Юля.
- Мне искренне жаль, - заговорил он тихим голосом и плеснул в два бокала разные напитки: себе коньяк, а девушке немного белого вина, - что на тебя напали в моем клубе да еще в такой праздник.
Девушка спокойно взяла угощение и с интересом пригубила вино, чувствуя легкий привкус лайма, который освежал и не туманил голову.
- Вкусно, - почти улыбнулась она, и вампир расслабился, не признаваясь себя, что боялся, что у нее начнется истерика и придется пользоваться способностями, чтобы успокоить ее. Но малышка, кажется, достаточно быстро приходила в себя, начиная воспринимать происходящее. – Спасибо. Я почти не хожу по ночным клубам, - неожиданно вырвалось признание.
- Что изменилось сейчас? – с искренним интересом спросил он, делая глоток янтарного напитка, стараясь не вдыхать ее соблазнительный запах. Аруэрис спокойно признался себе, что хочет эту девушку себе. Она его волновала и притягивала.
- Я осознала, - задумчиво ответила она, - что кроме учебы, учебников и библиотеки у меня и нечего вспомнить. Вот и рискнула, - жалко улыбнулась она, коря себя за глупость. – Больше не тянет на эксперименты.