Амун зажмурился и застонал от боли. Он не думал, что можно испытывать еще большую боль и опустошенность. Но оказалось, что можно.
Глава 21
Мир людей
Не только Вамимор ощутил на себе небывалую силу, которая запечатала зыбкую рябь портала, запирая его на тяжелую печать. Все пять кланов почувствовали, как их отрезало от привычного мира, точнее дома. Они почувствовали одиночеств, но не более. Этот мир давно стал домом для большинства из вампиров. Рафаэль качнулся и вцепился пальцами в ствол дерева, кроша кору. Он задыхался от сильного удара, от которого даже потемнело в глазах. Рядом также шипели от безысходности Байрами и Лидия. Их глаза метали молнии.
- Не может быть! – хрипло заговорил Александр, переводя дух. – Проход запечатан.
- Да! – зашипел Рафаэль, а вот Лидия просто рычала от злости:
- И кто же это мог сделать? – буквально выплюнула она.
- Ходу! – крикнул Байрами и первым побежал по лесу, ориентируясь на запах крови и колыхание пространства, которое постепенно успокаивалось. Вампиры неслись по лесу, не разбирая дороги, но все равно не успели.
Болото появилось неожиданно, словно проводя черту, которую нельзя переступать. Они наткнулись на невидимую стену и ошарашенно взирали на бойню. Они видели растерзанные тела охотников и поражались их обилию: никто не ушел живым. Они видели разодранные раны, не понимая, кто мог так постараться. Они чуяли резкий запах зверя – волк совсем недавно был здесь и участвовал в бое. Видно на стороне победителей.
Рафаэль медленно шел среди трупов, пока не остановился возле одного, во все глаза глядя на того, кого не ожидал увидеть в этом времени.
- Ты чего? – остановился рядом с ним Александр, глядя на останки того, что еще утром было человеком.
- Не могу поверить, - честно признался он, даже отпрыгнув от трупа.
- Кто это?
- Карлос Кастильо, - прерывистым голосом проговорил он. – Мой… отец! Он убил мою сестренку за любовь к вампиру. За любовь к Аруэрису! – вампиры вздрогнули от шока, но промолчали. Все случилось слишком давно, чтобы истерить и выдвигать обвинения. – Он обратил меня. Мы уже тогда стали братьями… Я даже представить не мог, что его ненависть и фанатизм заставят стать таким же, чтобы преследовать и уничтожать нас. Вот, кто всегда оставался в тени.
- Больше Общества Леопольда нет, - нашла силы говорить нормально Лидия, осматривая еще раз поле боя. – Не думаю, что здесь все, но без главы ордена есть большая вероятность, что они просто разбегутся.
- А мы поможем! – скрипнул зубами Байрами. – Надо открыть охоту уже на них! Хватит быть жертвами! Сколько они извели людей? Существ? Пора им уже стать целью!
- Поддерживаю, - вскинул голову Рафаэль. – Сначала надо все прибрать. И собрать совет.
- Да, - признал правоту глава другого клана. Они старались не говорить о тех запахах, которыми пропиталась поляна. Они чуяли зверя, ведьму и вампира, которые ушли вместе через болото, но не рискнули идти за ними, не видя гати.
Рафаэль увидел останки официантки и тихонько вздохнул, не сомневаясь, что без Юли тут не обошлось. И снова Аруэрис выбирал ее, уходя с ней в неизвестность. Вампиры сложили тела в одну кучу и подожгли, избавляясь от улик. Каждый молчал и держал свое мнение при себе. Но на собрании придется говорить.
Москва встретила вампиров проливным дождем и громом. Небеса просто содрогались, подводя итог ушедшей эпохе, которой больше не будет. Все вампиры уже знали о закрытии прохода и подчинялись своим главам семей. Уже вечером ночной клуб был закрыт на спец обслуживание. В заведении собрались главы семей со своими приближенными, а вот стол Принца почти пустовал. За ним только сидели Рафаэль и двое приближенных к Аруэрису. Это были мужчина и женщина – Маркелус и София, которая просто пылала яростью, которую пока держала под контролем.
- Мы собрались здесь, - заговорил Байрами, самый старый из глав, - чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Скажу сразу: такого никогда не было. Мы впервые за нашу много вековую историю столкнулись с подобным.
- Говори, Александр, - попросил глава клана Якутска Адамиди. – Что еще произошло?
- Вы уже почувствовали, что завеса закрыта.
- Что произошло? – выпалил Демидов.