- Не гони, матушка, - смиренно попросил он. – Нам некуда идти. Ей там смерть.
- А тебе? – резко спросила она, и он покрепче сжал руку жены, не позволяя упасть на колени от усталости.
- Мне плевать! Я давно мертв! Она жива! – отрикошетил Аруэрис. – Я ей нужен! Понимаешь? Она мне нужна, как воздух! Без нее можешь спокойно убить меня. Я не стану сопротивляться. Я знаю, что мы творили, но, умоляю, помоги хотя бы ей! Не мне. Этой маленькой девочке!
- С чего бы это? – выгнула ведьма бровь, требуя ответа, и древний смирился, позволяя помыкать собой.
- Я виноват, - спокойно признался он, не позволяя Юле ни слова сказать в собственную защиту. Он смотрел прямо в глаза старшей ведьме, не пытаясь напасть, отдавая себя на ее суд. – Твои близкие подвергались смерти и гонениям не без моего участия. Знаю, прощения нет, но прости. Мой вид причастен к смерти ее мамы и, подозреваю, отца и старшего брата. Я не позволил тронуть ее. Она спасала меня. Я защитил ее.
- Вина? – выгнула Агата бровь, и Аруэрис не успел ответить, когда Юля буквально отшвырнула его ладонь, сжимающую предплечье, вывернулась из его рук и споро отбежала к кустам сирени, где упала на колени, и ее начало выворачивать наизнанку. Вампир просто опешил, теряя связь с реальностью. Агата замолчала, наблюдая за обоими: они ее забавляли, но зверь особенно. Волк потрусил к вампиру, который словно застыл на месте, и ткнул лапой, привлекая внимание.
Ошарашенно Аруэрис уставился на зверя, и Яго гавкнул на него весьма грозно, требуя действия:
- Я не могу, - пробормотал он, - она тоже…
Волк просто встал на дыбы и дал сильной лапой пинка по голени, продолжая грозно рычать и требовать действия:
- Да, понял я, Яго! Не бесись хоть ты, зверюга! – заныл вампир, послушно передвигаясь к жене, которая еще орошала кусты остатками вчерашней еды. Он озадаченно косился на девчонку, но пинок под зад мокрым носом помог принять правильное решение. Со смешком Аруэрис присел рядом с ней, убирая волосы от ее лица, и увидел просто серую кожу и град слез, смиряясь с неизбежным. – Ну, маленькая? Ты что?
- Арс, - обхватила его Юля тонкими руками за шею, продолжая рыдать в волю и жаловаться, - я хочу есть! Я устала! Никуда не хочу идти! Ты понял?!
- Четко и ясно, солнышко, - заверил он, с опаской поглядывая на волка и его клыки. – Мы поживем здесь. Хочешь?
- Да! – заверила она его со всхлипами и тихим рычанием. Вампир дрогнул и поежился, а зверь просто закатил глаза и трусцой бросился в лес. – Яго, ты куда?
- Он скоро, маленькая, - заверил муж, продолжая гладить по спине. – Не переживай. Он умный! Без Яго мы бы пропали.
- Пусть он будет рядом! – снова заревела она.
- Будет, - с титаническим терпением ответил Аруэрис, не срываясь и не ворча на девушку-ведьму. Он просто сидел рядом, обнимал и гладил по спине, минимизируя ущерб. – Тише, Юль, все образуется.
- Когда?
- Уже, - смирился с неизбежным вампир, когда волк притащил придушенного олененка, который еще трепыхался. Он пока был жив. Юля уставилась на него просто гипнотическим взглядом и облизнулась, ощущая зверский голод. – Просто ешь.
- Его? – почти заплакала она, но не могла отвести взгляд от его шеи с бьющейся жилкой.
- Ты просто голодна. Яго нашел еду, - объяснил вампир, не дергаясь в их сторону.
- Нет! – через силу отвернулась она. – У него есть мама. Не могу.
- Отпусти, Яго, - тихо попросил вампир, и волк все же послушался Аруэриса через силу. – Мы не звери. Ты не зверь, Яго! Я не зверь! Отпусти, парень!
Волк вопросительно смотрел на вампира и его жену, тихо скуля: своей звериной сущностью он понимал, как плохо Юле. Но не смел пойти против них обоих.
- Арс? – всхлипнула она. – Что со мной?
- С тобой полный порядок, - бодро ответил он, даже встряхнувшись, тихо вслушиваясь уже в нее. – Ты просто молодец.
- Что?! – просто припечатала его вопросом девушка, и он не мог врать.
- В тебе мой ребенок! – заорал Аруэрис, нависая над ней, не пряча оголённых чувств. – Он уже есть! Я чую! Он родится!
- Я же не могу, - потерянно проныла Юля. – Я не смертная…
- Насрать! – вопль вампира отражался от всех предметов, заставляя дрожать, но не ее: - Он уже есть или она! Тебе никуда не деться. Юлька, я хочу этого ребенка. Он просто наш! Понимаешь?