— Если я ошибся, Полкан меня точно убьет.
Наручники щелкнули, освобождая девушку. Элиа от неожиданности пошатнулась и медленно сползла по стене. Ее бледное лицо казалось таким же серым, как окружающий бетон. Нелюдь снова выругался, бесцеремонно подхватил ее под руки и усадил на лавку, напоминающую нары. Более комфортной мебели пыточная не предусматривала.
— Тысяча демонов! Таскал пьяных, таскал раненых, да и трупы доводилось. Только этого недоразумения синеглазого мне не хватало. Второй, Шестой! Горячий сладкий чай срочно, — бросил командир, поднеся к губам визор. — И бушлат, а то холод псячий…
***
Полина проснулась удивительно рано — едва над рекой зазолотилась заря. Девушка не сразу поняла, где находится и почему ей так тепло, уютно и спокойно. Робко открыв глаза, она поняла, что спала на плече Андрея Аристарховича, забросив на его бедро ногу и прижавшись к магу всем телом. Как оказалось — обнаженным. Сам мужчина еще спал, его рука обвивала талию Полины. Девушка вспыхнула от смущения и искренне обрадовалась, что пуховое одеяло целомудренно прикрыло это откровенное зрелище. Как хорошо, что нелюдь привык спать одетым — не окажись на нем легких домашних брюк, девушка бы запаниковала. И слава богу, что здесь не вздумалось проявиться Дэму.
Полина, красная, как рак, медленно отодвинулась от начальника особого отдела и принялась осматриваться в поисках любой одежды. Даже, черт с ним, пеньюара. Но из доступной одежды имелось только одеяло. И брюки, в которых сладко спал маг. Но не стягивать же с иерарха его собственное одеяло. И тем более, не снимать же с него штаны. От таких крамольных мыслей девушка вспыхнула до кончиков ушей.
— Интересные у тебя идеи, — раздался хриплый спросонья голос Андрея. — Но снимать с меня штаны все-таки слишком дерзко. Да и преждевременно.
— Прости, — Полина покраснела еще гуще. — Я думала, ты спишь. И не хотела тебя будить.
— Я очень чутко сплю, Золотиночка. Так что незаметно оставить меня без штанов у тебя точно не выйдет.
Андрей снова притянул ее к себе и сжал в объятиях. Серебристо-стальные глаза смеялись. Девушка робко улыбнулась в ответ.
— Я… это… пеньюар искала. А про штаны просто так подумала.
— Ну подумала и подумала, не бомбу же в штаны подложила, — мягко улыбнулся маг, зарываясь пятерней в золотисто-каштановые волосы.
— Я не умею, это к Химере. Прикажешь — подложит, грамотно и профессионально, — полусерьезно ответила Полина. — Кому же охота перед начальством позориться?
Андрей на мгновение замер. Полина не стала прятаться в свою раковину и дрожать перед ним из-за случайно считанной мысли. Впервые девчонка пыталась разговаривать с ним на равных и даже рискнула пошутить.
— В ее профессионализме я и так не сомневаюсь, — хмыкнул иерарх. — Так что, пожалуй, обойдемся без таких несомненно разумных и дельных приказов. Пусть минирует то, что положено. А эти штаны и то, что в них, слишком дороги моему сердцу.
Полина тихо, неуверенно рассмеялась ему в грудь.
— Чекист ты! И шутки у тебя чекистские — то про пеньюар, то про бомбы… Кстати, куда делся пеньюар?
Во взгляде девушки промелькнула легкая настороженность.
— Демон его знает, кровать большая, развязался скорей всего. Можешь поискать.
— Голой? — Полина испуганно натянула одеяло по самые уши.
— Заметь, не я это предложил, — хитро усмехнулся Андрей. — А если совсем честно, эта демонова вещица меня демонски раздражала, и я ее телепортировал в шкаф. Гладить твою живую теплую кожу намного приятнее. Да, я еще и кинестетик, Солнышко.
— Ты Высший маг, глава клана, иерарх уровня, полковник спецназа, телепат, эмпат, еще и кинестетик, — Полина рассматривала нелюдя, словно какое-то чудо света. Неведомое, непонятное, опасное, но уже не пугающее. — Ты знаешь обо мне все. А я толком ничего о тебе не знаю.
— Солнышко, все знать невозможно, даже для меня, — Андрей уютно устроил девушку на своем плече, поглаживая по обнажившейся спинке. — Я знаю, что ты любишь чай с мятой и вишневыми веточками, запах выпечки, весенний сад и теплый летний дождь. Знаю, что ты любишь водоемы, кошек и смотреть на звезды. Любишь книги, высоту и терпеть не можешь алкоголь, потому что в детстве испугалась пьяной драки. Но понятия не имею, как ты можешь отреагировать на самые естественные для меня вещи, самые невинные слова и действия. И совершенно не знаю твою глубинную женскую суть.