— Господи! Ущипни меня, — потрясенно прошептала Полина, не веря своим глазам.
— Богохульствуешь, — прищурился маг. Серебристо-стальные глаза лучились смехом. — Для тебя я просто Андрей. Мир красивый, но моей заслуги в этом нет, Солнышко. А вместо щипания я тебя лучше поцелую. Это не менее эффективно, но намного приятнее.
— Да ну тебя с твоими чекистскими шуточками, — смутилась девушка, с детским восторгом разглядывая сказочный город-сад. — Лучше расскажи о своих родителях. Идти к ним в гости, даже не зная, как их зовут — верх свинства.
— А что рассказывать? Сама увидишь, — пожал плечами маг, не отрываясь от навигационных приборов. — Отца зовут Аристарх, как тебе уже известно, по отчеству — Савельич. Он Высший Темный, экзарх, как и я, только на заслуженном отдыхе. Не удивляйся, с годами мы не молодеем, возраст берет свое. Мама — смешанный стихийник с уклоном в стихию Земли, травница, метеомаг, мастер зелий. А если точнее — яда и кинжала.
— Яда и кинжала? — растерянно переспросила Полина, на мгновение оторвавшись от пейзажа за прозрачным куполом аэромобиля.
Андрей кивнул, заканчивая с координатами. Дальнолет мягко качнулся, развернулся вокруг своей оси и двинулся по выбранному курсу.
— А ее как зовут? — со смесью настороженности, любопытства и восхищения поинтересовалась девушка.
— Марьяна Михайловна. Только упаси тебя Тьма ее так назвать, — предупредил маг. — Либо Мара, либо Яна. Либо мама, но на такой подвиг тебе понадобится время.
Полина деликатно промолчала. Назвать неизвестную нелюдь мамой она точно не сможет, но раз теперь ей здесь жить — нужно приспосабливаться.
— А что еще… нельзя говорить и делать? — на всякий случай уточнила человечка.
— Не вздумай сжечь зельеварню. Второй раз мне этого точно не простят.
До стеклянного многогранника торговой зоны долетели незаметно. Восторг Полины немного поутих, сменившись миллионом вопросов.
— Андрей, у нас же нет ни местных денег, ни документов. А я не взяла никаких вещей…
— И слава Изначальным, на такую ерунду еще я время не тратил, — наивные переживания человечки мага лишь позабавили. — Мы не в лесу, а в цивилизованном мире, здесь купишь, что нужно. Документы для этого не нужны, да и наши земные паспорта тут не в ходу. А роль денег в Альвироне играют металлы и Сила, так что я вполне платежеспособен. Энергия — вообще, универсальная валюта, которая ценится в любом мире.
— А как быть человеку? Мы, выходит, неплатежеспособны, — огорчилась девушка, с затаенной грустью глядя на здание торговой зоны через прозрачный купол аэромобиля.
— Расы, не владеющие магией, пользуются артефактами-накопителями, — отмахнулся от такой мелочи Высший. — Люди здесь так же работают и получают зарплату в единицах Силы. Разумным существам, перемещенным из других миров, полагаются подъемные и энергетическая поддержка от властей на все время адаптации. Как раз на адаптации все узнаешь в подробностях.
— Адаптации? Это что? — с нескрываемым любопытством переспросила Полина.
— Курс базовых знаний и умений, необходимых иномирянину, — пояснил иерарх. — Мироустройство, языки, законы, иерархия власти, магия и технологии, возможные опасности, профессиональная подготовка… увидишь. А теперь брысь из дальнолета. Местным временем управляю не я, некогда тут проникаться вечностью.
Глава 19. ШАНСЫ
От похода по магазинам Полина устала сильнее, чем от межмировых переходов. Глаза разбегались от изобилия невиданных вещей, а от буйства красок, запахов, огромного скопления людей и нелюдей кружилась голова. Девушка с восторгом разглядывала незнакомый мир вокруг, пока маг уверенно вел ее по одному ему известному маршруту среди разношерстной толпы. Вскоре гардероб Полины пополнился парой новых платьев, нежно-коралловым брючным костюмом, практичной повседневной одеждой, несколькими парами удобной обуви от туфлей до кроссовок и нижним бельем. При покупке последнего девушка отчаянно смущалась, но отказываться не стала — лучше пережить несколько неприятных минут сейчас, чем оконфузиться перед родителями мага. Сам же маг даже среди кружевного безобразия вел себя так легко и невозмутимо, словно покупал хлеб или патроны. Лишь в глубине серебристо-стальных глаз таилось что-то непонятное, но волнующее, отчего Полина смущенно вспыхивала и отводила взгляд.