Андрей еще немного задержал ее в объятиях, заботливо укутал одеялом и поднялся. У двери серебристым облачком уже сгущался портал.
— Мне пора, Золотинка. Спасибо, что доверилась, что дала мне шанс. Но чтобы шанс превратился в реализованную вероятность, придется побороться.
Глава 20. ПЕРЕХВАТ ИНИЦИАТИВЫ
… Базовая реальность, загородная резиденция полковника Ивашина. Координаты засекречены
За окном, зарешеченным гудящими силовыми линиями, падал снег. Пушистые хлопья то замирали, то ускорялись, то кружились в сетях искривленного пространства-времени по ломаным траекториям, описываемым сложными математическими закономерностями. Элиа попыталась вычислить их и связать с уже известными параметрами мира, наложив решения системы уравнений на координатную сетку. Если понять, где она находится и как устроена ловушка, появится шанс выбраться из западни и начать жизнь заново. Такие задачи у нее всегда получались с блеском. Тем более, сейчас от их решения может зависеть ее жизнь. Элиа не собиралась опускать руки и покорно ждать, пока ее превратят в биомассу. Можно отнять свободу, Силу, память, лишить прошлого и настоящего. Но отнять будущее можно только вместе с жизнью. Ум и знания у нее никто не отнимал, что уже неплохо. Но травма сферы сознания еще слишком свежа. Массивы цифр, символов и стройные облака данных расплывались перед глазами, больше напоминая клочья бессмысленных цепочек случайных событий. Разрозненные детали совершенно непонятного механизма, кусочки мозаики, больше похожие на осколки. Элиа прикрыла глаза и потерла ноющие виски. Плечи и шея ужасно затекли. Она простояла у окна своей клетки около двух местных часов. Лишь сейчас она поняла, насколько тяжело далось простое и привычное действие, пока так и не давшее результата. Сладкого хотелось так сильно, что Элиа душу бы продала за кусочек энергии в виде шоколада. У нее осталось всего четыре квадратика… Нет, лучше их поберечь. Пока она вполне в состоянии потерпеть обесточку, а вот что будет дальше — неизвестно. Альционовый ошейник неприятно гудел и слегка холодил кожу.
Из коридора чуткий слух хильды уловил мужские шаги, шипение рации и неразборчивые голоса. Она могла бы настроиться, перейти на магический слух и попытаться разобрать, но вряд ли услышит для себя что-то новое. Ни о чем серьезном захватчики при ней не говорили. В последнее время она слушала их разговоры лишь с одной целью — попрактиковаться в изучении языка. Но толку от этого было мало. Элиа успела изучить одиннадцать языков этого мира, включая русский — все равно больше нечем было заняться. Но применить эти знания могла лишь для того, чтобы попросить у тюремщиков кружку сладкого чая. Больше ничего просить она не решалась. Ее не били, не пытали, не морили голодом, но и не обращали ровным счетом никакого внимания. Словно она — пустое место или, в лучшем случае, слиток альциона, который необходимо беречь в целости и сохранности. Иномирянина с мощной аурой Тьмы и Огня она больше не видела. И слава Творящим. Какой же он страшный… Но и тот, что принес кристаллы, шоколад и устроил разнос, больше не появлялся. Наверняка, она его невольно подставила и сильно разозлила, что даже видеть ее не хочет. От этой мысли болезненно сжало горло. Элиа инстинктивно потерла ошейник, но он тут был ни при чем. Ей просто хотелось хоть с кем-то поговорить. Хотя бы под предлогом изучения языка. А этого, в маске, она почти не боялась, как остальных. Хотя никогда не видела его без маски и не знала даже имени. Почему — сама не понимала. Просто чувствовала. А своему чутью Элиа доверяла. Иначе давно уже была бы мертва.
Неопределенность угнетала, тревожила, заставляя кристалл ауры беспокойно мигать и пульсировать. Попытки просмотреть линии реальности, даже без надежды на них повлиять, не принесли ничего, кроме мучительной головной боли. Жутковатые, запутанные, сплетенные в узлы и косы, щетинящиеся бесчисленными стриммерами многомерные сети фонили запредельным напряжением. В ключевые точки и веера ближайших вероятностей успела крепко врасти приличная “вилка”. Кажется, такие аномалии называются экспансивными. А может, здесь это и не аномалия вовсе, а самое обычное явление? Откуда ей знать такие тонкости. Отец и дядя, скорей всего, разобрались бы, но ей такие задачки еще не по силам. А проблем у нее и без “вилки” хватает. Элиа была уверена: ее положение зыбко, а спокойствие обманчиво. Это лишь затишье перед бурей, как говорят в этом мире. Она знала, что семья ее не бросила, что ее ищут, используя все доступные возможности. Отец, каким бы он не был преступником, все Дерево миров перевернет, чтобы вытащить из беды единственное дитя. И то, что ее до сих пор так и не нашли, пугало все сильнее. Если даже отцу с дядей не под силу ее вызволить, самой ей и подавно не спастись.