Встречаться с родителем сейчас, зная неприглядную правду, Элиа была не готова. А входить с ним в глубокий ментальный контакт и вовсе казалось неприемлемым. Это требовало высшей степени откровенности и доверия, а доверие Элии трещало тонким льдом под безжалостным грузом фактов. Но, несмотря на это, отчаянно хотелось, чтобы отец все-таки нашел ее. Освободил, спас, защитил, взял ее трудности на свои плечи, как прежде. И с каждым днем заточения этого хотелось все сильнее. Элию раздирали противоречия.
За окном так же насмешливо кружились хлопья снега. Белого, как в самых светлых, добрых снах. Между рамами яркими пятнами краснели гроздья рябины. Свежие и сочные, восхитительно живые, словно запечатанные в одном мгновении. Разве что покрытые слоем пыли. Элиа сразу узнала заклинание стазиса. Только так и не поняла, на кой Хаос его наложили на дикие ягоды, пылящиеся между оконных рам. Кому вообще пришло в голову тратить Силу на такую чушь. Хильда задумчиво коснулась рукой холодного стекла. И застыла, увидев, как ладонь прошла сквозь него.
— Эр-де-марр! — полушепотом выругалась Элиа, неверяще касаясь ягод. Среди пыльных, слежавшихся комьев когда-то белой ваты они алели, словно брызги крови, упавшие в снег. Услышь отец, как она выражается — точно отходил бы просмоленной веревкой или заклинанием Огненной плети. Но теперь это было уже неважно. Сам император не рискнет поднять руку на того, кто управляет материей. Пусть даже это материя собственного тела. Ошейник блокирует проявления Силы вовне, но пассивные способности ей полностью доступны. Это стекло лишь кажется плотным, на субатомном уровне же оно состоит в основном из пустоты. Как и ее ладонь, изменившая саму свою природу. Элиа еще не поняла, как именно это произошло, но смогла ухватить главное. Не нужно ломиться сквозь защитные системы, подобно глупому гхоррту или другой неразумной твари, бездумно расплескивая драгоценные крохи энергии. Нужно просто изменить себя.
Элиа прикрыла взволнованно расширившиеся глаза и прислушалась к телу. Преобразование остановилось, не дойдя до запястья. Хильда осторожно сдвинула границу, запуская процесс дальше. Если у нее получится изменить субатомное состояние тела и ускорить движение его частиц, она легко пройдет сквозь любую стену, как излучение, даже не заметив преграды. Состояние «призрак», одна из боевых форм, присущих всем взрослым эль-Арранам. Как вовремя случилась трансформация, сделавшая родовые способности доступными ей в полной мере! Конечно, магическую защиту преодолеть будет намного сложнее, чем стекло, металл или бетон. Но если разобраться в ее устройстве, обойти контуры вполне реально. А если получится создать дубль — энергетического двойника — можно дать о себе знать родным. Задумавшись, Элиа не заметила, что защитные контуры, опутавшие комнату и зарешетившие окна, уже угрожающе гудели, фиксируя преобразование материи в покрываемой зоне.
Блокировка оказалась неожиданной и очень болезненной. Каждую клетку частично измененного тела пронзила ужасная боль, возвращая ее в исходное состояние. Вместо крика из горла вырвался слабый хрип. От боли, скрутившей изнутри, она не могла даже сделать вдох или открыть глаза. Правая рука горела огнем и казалась влажной. Кровь. С невероятным усилием открыв глаза, Элия затряслась от ужаса. Стекло насквозь пронизало живую плоть и раздробило кость, буквально вросло в ее руку, разрывая вены, артерии и капилляры. Элиа испуганно дернулась, но ткани тела уже срослись со стеклом. Из жуткой, противоестественной раны фонтаном хлестала кровь, заливая подоконник и окрашивая серые комья ваты в алый цвет. Элию замутило, ватное тело медленно сползло на пол, повиснув на раненой руке. За спиной хлопнула дверь, но ускользающее сознание это не зафиксировало.
— Еб твою мать, аптечку живо! — как из-под воды донесся знакомый голос иномирянина в маске. — С-с-сука! Она кровью истечет!
Предплечье что-то стянуло. Магическая удавка, аналог жгута.