Сюда бы кого-нибудь из психологов, Пэри там, Куэсу на крайний случай. Хотя, вроде Марил наконец пришла в себя.
– Что Вы хотите, Виктор? – Марил начала принимать соблазнительные позы.
– Одежду тебе хочу найти, и чтобы ты вела себя нормально.
Может я поторопился, и нужно было всё-таки остаться «Ужасным»? С «Жестоким и ужасным» она вела себя гораздо приличнее. Кстати, чего я напрягаюсь, пусть сама ищет себе одежду, если найдёт, я одобрю и оплачу единицами основы.
То, что нашла Марил, напоминало халат, шаровары и туфли, в которых у нас ходят иногда женщины из Таджикистана или Киргизии, пока не оденутся как все. Ну не в комплект же новичка её одевать, да и стоит он дороже, там ещё пояс, сумка и оружейная карта.
Жаба победила, а ещё я отдал ей один из поясов ранга F. Одежда была объектом игры, так что отозвать её в карту можно было прямо так, то есть, когда призову, будет более или менее прилично выглядеть. Хотя, конечно, гости из средней Азии не носят такого количества украшений, которые теперь блестели и играли бликами камней даже в тусклом свете домена клана.
Можно было, конечно, положиться на ментальное воздействие и иллюзию, которыми она владела почти идеально, но я-то буду видеть её голую задницу и обязательно рассмеюсь в какой-нибудь особо важный момент.
Ещё скрипя зубами, я выделил ей двадцать ОИ на русский и английский языки, и потребовал, чтобы со мной она разговаривала исключительно по-русски, может ей кокошник какой-нибудь вместо диадемы придумать? Нет, это уже трэш.
Ещё я потребовал, ну могу же я быть самодуром, чтобы она уменьшила клыки. У неё, я по цвету костей лича видел, есть как минимум второй уровень работы с костями, так что это не проблема. Правда, когда я взглянул на уши, она схватилась за них обеими руками и заплакала. И… ну ладно, я, конечно, «тиран-деспот, коварен, капризен, злопамятен», но не зверь же.
Уши я ей оставил, но, когда я останавливал на них взгляд, она их так миленько пыталась сложить, а ещё краснела. Придётся ей в шейле ходить, как Пэри.
Вспомнив Пэри и Дейнерис, я помрачнел. И где их носит, или кто и где их держит? Но ладно, насколько мог, я подготовился, нужно идти домой. Я почти одиннадцать часов уже в домене и в охотничьей локации. Перед вечерними поисками нужно хотя бы час другой отдохнуть.
Выход из домена был бесплатным, а вот прийти туда снова бесплатно не получится, хорошо хоть переход в домен можно оплатить из резерва Основы клана.
Перед переходом Марил я убрал в карту. А по приходе, убедившись, что в квартире никого нет, повернул кольцо так, чтобы можно было разговаривать и призвал.
Чай в конце концов она опознала, и сумела заварить, у них он как-то иначе называется. Жестокий Лорд вернулся дал ей подзатыльник, и сказал, что идёт спать, а она может покопаться в интернете, изучить название основных продуктов на русском языке и подобрать себе приличную иллюзию, чтобы не позорить меня на улице своим халатом.
Ложиться спать и оставлять её на свободе я теперь не боялся, оказывается в карте была ещё одна функция, специально для таких, практически невольничьих контрактов, которая просто отзывала призываемого обратно в карту если тот пытался нарушить запреты.
Там ещё что-то было, и я в очередной раз попенял себе, что нельзя торопиться, от этого приличные шишки можно набить, а можно и то место, где шишки вырастают потерять.
Дневной сон штука коварная, проснулся я в плохом настроении и с больной головой. Такое чувство, что и не отдыхал вовсе.
Несчастная орка сносила все капризы жестокого меня стоически, заварила чай, нашла таблетки аспирина, растворила их в стакане воды, показала картинку на экране ноута как будет выглядеть для других. За неимением продуктов издевательства пришлось прекратить.
После душа и исцеления, а может и аспирин подействовал, желание изображать деспота поутихло. Но на пальце под кольцом обнаружились шрамы, и я мысленно пообещал оборвать дурёхе уши.
Когда я вышел из душа Марил самозабвенно рыдала. Похоже личем она была несколько менее нервной. Орка зажимая кулаком рот тихонько завыла. С этим надо было что-то делать. А что делать, если нас слушают, а мысли они и есть мысли, выйдем из дому, поверну кольцо, может успокоится.
Из дому вышли в районе половины пятого. Пока спускались по лестнице, я повернул кольцо и почувствовал угрызения совести. Из квартиры выходила обычная девчонка, а по лестнице опять спускалась зарёванная орка, опухшая от слёз и, даже с немного обвисшими ушами.
План был простой, приходим к «ремонтнику», задаём вопросы, если он подумает о «продавце», едем к тому, а там по обстоятельствам. Естественно, прежде чем подходить к «ремонтнику», я проверяю есть ли за тем слежка.