– Ты почувствуешь его? – Наконец спросил Вильям.
– Да, – ответил Николас, проведя рукой по волосам. – Сейчас он не будет скрывать запах – привлекает самку.
– Тогда тебе стоит скрыть свой, – отложив тетрадь в сторону, ответил он. – Мы скроем твой запах чесноком, а Скай будет приманкой. Меня он за врага не воспримет, я еще не обращаюсь в оборотня.
– Приманкой? – Возмутилась я. – Ты не думаешь, что он убьёт меня?
– Нет, ведь недалеко будет Ник. Из-за чеснока он его не заметит и подойдёт достаточно близко, чтобы Ник поймал его.
– Как ты собираешься поймать его? – Спросил Ник, поднимаясь на ноги. – Он сильнее меня, особенно сейчас.
– В комнате Хантера есть капсулы снотворного, мы усыпили его и спрячем в подвале.
– Ваш дом, будто темница. Подвал, капсулы…
– Цепи, – улыбнулся Вил, – изначально мы хотели закинуть тебя. Но придется изменить планы.
– Меня? – Ник посмотрел на парня с настороженностью.
– Значит, мы должны поймать Лукаса, найти подстрекателя и закончить все до приезда моей мамы. И еще объяснить ей, что у меня нет ухажёра!
– Это проблемы Николаса, – отмахнуться Вильям.
– Мои?! – Зарычал Ник. – Ты нарываешься!
– Успокойтесь! – Крикнула я. – Нам лучше задуматься насчёт Лукаса.
6 Глава
Мы расположились в гостиной. Натирая Николаса чесноком, мы, выслушивая его недовольные рыки. Натирая его шею и переходя на грудь, я с трудом могла не отвлекаться. Тело оборотня было довольно привлекательным. Николас пристально наблюдал за каждым моим движением, лишь изредка скалясь от недовольства.
– Не рычи на меня, – усмехнулась я, – это была ваша идея. Так что тебе придётся потерпеть, хочешь ты того или нет.
– Я не думал, что он будет настолько вонючим, – в очередной раз зарычал мужчина, – зачем мазать ещё и лицо?!
– Потому что так надо! – Наклонившись к нему, ответила я. – Иначе твой образ будет незаконченным.
Глаза оборотня тут же полыхнули ярким голубым цветом, на что я, невольно, отвлеклась. Вильям лишь недовольно сопел, а Николас позволял разглядывать себя.
– У всех оборотней такие глаза? – Касаясь его лица, спросила я.
– Только в моменты сильных эмоций, – негромко ответил оборотень.
– Сильных эмоций?
– Например, сейчас, меня до ужаса раздражает этот запах! – Возмущался Николас, рыча. – Но у Альф он обычно с красным оттенком.
– У нас нет выбора, – усмехнулся Вильям. – Если Лукас не придет, то будет печально. Ведь мы провоняли этим запахом целый дом.
– Не думаю, что твоей тёте это понравится, – вставая с места. – Думаю, что мне нужно скорее занять свою позицию.
– Я схожу за пистолетом и капсулой, – сказал Вильям, вытирая руки об одежду. – Скай, помоги ему влезть в шкаф.
Николас оказался довольно быстрым, и уже входил на кухню, рассматривая шкаф, где ему предстояло разместиться.
– Он может и не появиться, – сказала я, стараясь не рассмеяться от выражения лица Ника.
Джессика будто знала, что такая ситуация может произойти. Шкаф был пуст, не было даже полок. Но для высокого Николаса он был довольно маловат. Оборотень напрягся и, проведя рукой по шее, сказал:
– Скай, я хочу, чтобы ты кое-что пообещала мне.
Слушать было довольно сложно, видя его совершенный образ. Высокий, с довольно сильным телом, и даже запах чеснока не портил этого образа. Но я все-таки переборола себя и прислушалась к его голосу.
– Да?
– Чтобы не случилось, я хочу, чтобы ты не вмешивалась, – повернувшись ко мне всем телом, продолжил: – Я не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня. Верь мне.
Не дав мне ответить, оборотень залез в шкаф, недовольно корча лицо. Закрыв за ним шкаф, я задумалась, не зная, чем можно отвлечься. Подойдя к холодильнику, я взяла очищенную морковь. Сев на стул, я откусила от неё кусочек, и начала негромко разговаривать:
– Когда я была маленькой, то не любила морковь, – улыбнулась. – Но мама всегда заставляла меня, её чистить и есть. И сейчас, когда мне нечем заняться, я ем морковку. Странно, да?
Вероятность, что Лукас придёт – была довольно большой. Если наши с Кристин запахи и правда схожи, то история годовой давности повторяется снова. Только вместо подстрекателя у нас подвеска, запах и необученный подросток. Тяжело вздохнув, я посмотрела в окно.
– Я всегда мечтала жить с папой, – откусила второй кусочек, – и сейчас, когда я всё получила, не хочу уезжать отсюда.
На втором этаже включилась громкая музыка. Казалось, что с каждой минутой ее громкость только нарастала, раздражая меня. Нервы были на пределе, отчего я хотела заткнуть колонки Вильяма морковкой. Встав со стула, я направилась в зал.