В приемной Тины, уже сидели Нивея и Кайса, как оказалось впоследствии, их вызвала Тина по тому же поводу, что и Майру.
— Вот и до тебя очередь дошла — с улыбкой сказала Тина — А ведь совсем недавно ты просила меня разрешить покататься на лошадке.
— А что случилось? — спросила, несколько обеспокоенная, Майра.
— С тобой не случилось абсолютно ничего экстраординарного, просто я считаю, что пора тебе уже выходить из детства во взрослую жизнь Рыси. Пока еще не одной, но уже на самое настоящее задание. Ты уже год как окончила Университет, полноправная Рысь, пора дело делать и за пределами Столицы, а не только блистать во дворце императора. Я слышала, некоторые молодые люди там уже битвы устраивают за место возле тебя.
— Ладно, давайте к делу. В Империи случилась беда.
Дело оказалось действительно очень серьезным. Дочь знатного негоцианта, владельца флота и верфей в Столице, девица восемнадцати лет, особа весьма своенравная и избалованная, упросила отца позволить ей съездить к подруге в Весейск. После долгих уговоров, негоциант дал согласие, настояв, правда, чтобы она отправилась туда не одна, а в сопровождении слуги, который должен присмотреть за ней.
В Весейске девушки времени не теряли, от души наслаждались обществом своих молодых приятелей, сорили деньгами в лучших трактирах, катались на пролетках за городом, брали напрокат парусную лодку для морских прогулок. Впрочем, они могли себе позволить такие развлечения, родители их, люди весьма состоятельные, в дочерях души не чаяли. Слугам были даны задания, следить за безопасностью, но особо не ограничивать свободу и расходы девушек.
А три дня назад, случилось несчастье. Крестьяне одной из деревень недалеко от Весейска нашли в овраге страшно избитого молодого человека. Остатки одежды на нем, говорили, что юноша из весьма состоятельной семьи. Деревенская знахарка привела его в чувство, и он рассказал свою печальную историю. На загородном пикнике, где юноша отдыхал в компании такой же, как и сам, золотой молодежи, на них напали какие‑то бандиты. Всех запугали оружием, особо строптивых жестоко избили, а затем, всех вместе, куда‑то повезли в закрытой повозке. Ему удалось, каким‑то чудом, вылезти в окно, выпрыгнуть в сторону от дороги. Там он налетел головой на дерево, скатился в овраг уже без сознания. Что стало с остальными юношами и девушками, куда их повезли, молодой человек не знал.
Обеспокоенные крестьяне, сходили на место нападения, и нашли там трупы всех пожилых слуг, убитых с необыкновенным презрением к человеческой жизни. Все молодые слуги, вероятно, разделили участь своих господ.
Староста деревни, срочно послал весточку бургомистру Весейска, графу Нилеану. Его сиятельство тут же предпринял необходимые меры: поднял на ноги стражу и разыскал родителей юноши, которые особо не беспокоились, считая, что сын еще неделю будет отдыхать на природе со своими друзьями. Граф приказал начальнику городской стражи расследовать это дело в приоритетном порядке. Сыскари тщательно допросили ближайших родственников молодых людей, которые были на пикнике, надеясь узнать нечто такое, что позволит выйти на след похитителей. Быстро выяснили, что у многих горожан в те же дни пропали дети в возрасте от десяти до двадцати лет. Сыскной департамент городской стражи объединил все эти дела в одно и стал считать главной, версию о похищении детей работорговцами, с целью последующей перепродажи их в гаремы ханства и Южного каганата, а может быть и дальше на юг или на острова.
В Весейске у бургомистра в это время находился граф Корлган, бургомистр города Кирети. Он и посоветовал горожанам обратиться в клан Рысей за советом и помощью в поиске пропавших детей. И вот сегодня оба бургомистра, негоциант и еще трое уважаемых граждан Весейска прибыли в Столицу с просьбой разобраться в этом деле и помочь найти детей.
— Я рассмотрела их просьбу и согласилась помочь. Не знаю, как это у нас получится, но работорговля мерзость, которую нужно искоренять всеми силами. Для того и собрала вас тут. Контракт я составлю сама, и задержу в резиденции всех приезжих из Весейска до конца вашей операции. Попрошу Императора проявить беспокойство, принять участие в их деле, протяну несколько дней. На самом деле, мне просто не хочется их отпускать, у работорговцев, возможно, имеется покровитель в магистрате. Не хочу, чтобы раньше времени кто‑нибудь пронюхал о том, как идут переговоры с Рысями.