«Теперь нужно думать, где бы найти подходящего «психа», который помог бы Афродите с такими случаями, – вздохнул я, услышав пояснения женщины. — Да и ей самой станет легче, когда кто-то возьмёт часть её нагрузки на себя».
А потом ко мне нагрянула Полякова в составе многолюдной толпы сопровождающих. Большая часть там была из калек и больных, которым после фильтрации предстояло стать моими пациентами. А фильтрация – это работа контрразведчиц, которым предстояло отсеять часть больных, в благонадёжности которых появятся сильные сомнения. Я даже Поляковой так и сообщил, что не уверен в том, что среди привезённых ею людей нет никого завербованного спецслужбами её клана в частности и страны в целом.
– Господин Рекдог, что вы такое говорите? – искренне возмутилась та. — Даже логически рассуждая, выходит так, что эти люди будут благодарны и верны вам, вернувшего им здоровье, а не своим кураторам с другого края мира. Все же спецслужбы — насквозь прагматичны и умеют считать, поэтому, понимают, что не стоит тратить силы и время в вашем случае.
– Ну-ну, — покачал я головой, но тему после пылкой и горячей речи женщины решил сменить. -- Кого привезли?
– Сорок одного человека. Пятеро мужчин, из них как минимум один точно останется, второй под вопросом. Трое хотят вернуться в Россию сразу после излечения…
– Кхм, – громко хмыкнул я, перебив её.
– За них будет внесена оплата ещё до начала целительских процедур. Достойная потраченных вами сил, господин Рекдог, – правильно поняла меня собеседница.
– Ну, разве что так, – кивнул я. – Согласен. Поедут домой без отработки. Можете продолжать.
– Тридцать шесть женщин и девушек возрастом от двадцати четырёх до тридцати семи. Восемь из них – это вторая партия курсанток военных училищ, все эхоры первого ранга. Из двадцати восьми оставшихся трое уедут домой, как только закончите процедуры с ними. Оплату произведём за них мы. Способ любой для вас удобный – финансовой или товарный. Ещё две хотят заплатить за себя сами, с ними уже сами будете договариваться по этому поводу. Я выступаю как посредник и только.
– Мне помощники нужны, – буркнул я. – Лечением я и в Москве без проблем занимался.
– Да, те трое, что уедут, это эхоры с засоренными каналами биотоков организма. Шлак их убивает, внешне они все травм не имеют.
– Думаю, с этими я справлюсь быстро, – пообещал я. – За неделю всех троих поставлю на ноги. Эти сорок человек… среди них сколько эхоров?
– Мужчины не имеют сверхспособностей. Из двадцати трёх человек, которые согласны заключить с вами договор найма в обмен на лечение, девятнадцать эхоры, оставшиеся четверо – это военные специалисты, сотрудники МВД из спецназа, до ранения бывшие командирами групп с антипартизанской подготовкой, в том числе и по действиям против отрядов механоидов аналогичного характера.
– За таких бойцов большое спасибо, – искренне обрадовался я. – Надеюсь, там ваших «кротов» нет?
– Господин Рекдог, опять вы за своё! – воскликнула женщина и подняла глаза вверх.
– Ладно-ладно, больше не буду, – повинился я. – Какие ранги у этих девятнадцати?
– Двое носят четвёртый ранг, в силе и скорости. Пятеро третьего – двое в силу уклон имеют, одна владеет электричеством, оставшаяся пара – стрелки. И двенадцать имеют всего лишь второй ранг, половина стрелки, трое с даром маскировки, двое с даром отвода от себя внимания у любого живого существа, одна способна создавать свою копию.
– Неплохой набор, – признал я. – И что, все так сильно искалечены, что та эхора, которая создаёт электроразряды, никак не может найти себе место?