– Что это? – растерялся бывший руководитель спецподразделения, удивленно рассматривая символ. – Орки зеленые, ты заявила на меня права?
Он не знал, злиться или смеяться. На него заявила права девчонка! Бред какой-то.
– Прости, это вышло случайно! – Элиа отшатнулась от него, испуганно глядя на символ. – Я… никогда…
Алишер с легкостью удержал ее.
– Сначала права заявляем, а теперь убегаем? Не сомневаюсь, что для тебя это впервые – ты взрослая без году неделя. И Законы только на днях выучила. Но и я не каждый день Печати на запястье получаю.
– Я ее уберу! – пролепетала девушка.
– Уберет она… Это даже не магия, а выражение Закона. На понятийном языке твоего мира. Ты вообще понимаешь, что это значит?
– Что ты теперь не уйдешь. Разве не так?
– Святая простота! Зря я дал тебе тот кристалл, – вздохнул мужчина. – Это значит, что ты выбрала меня своим мужчиной. А вот в каком статусе – сложно сказать, личные и родовые Печати вашего мира мне не знакомы. Будь ситуация немного иной, сам бы тебя присвоил. Но ты меня опередила. Теперь ты – моя женщина, а я – твой мужчина. За свои слова и поступки нужно отвечать.
Алишер медленно провел ладонью вниз по напряженной спине.
– Что?! – Элиа стала бледнее стенки. – Я все исправлю! Уберу!
К тому, что вырвавшиеся на эмоциях слова мгновенно обретут плоть и станут ее реальностью, хильда оказалась не готова. Никто из них не был готов.
– Ничего ты не уберешь, потому что не понимаешь, что сделала. Я бы сам по-тихому снял Печать, потому что сильнее. Но в нее заложены Силы иного мира, которых не понимаю уже я. Так что убрать это сможет разве что шеф. А после этого головы к демонам поотрывает.
– За символ? – удивилась иномирянка.
– Одевайся, прогуляемся, – Алишер, собрав остатки здравомыслия, отпустил девушку. – Нужно серьезно поговорить, но не здесь. Надо решить, что делать будем, пока об этой демоновой Печати не знает весь отдел. И поторопись, беда моя, проблема иномирная.
***
– Что это за магия?
Элиа в восхищении замерла, протягивая руку к веточке шиповника, закованной в ледяной плен. Уединенный уголок сада, плавно переходящий в лес, переливался в лучах утреннего солнца разноцветными бликами – нежно-розовыми, шафрановыми, лиловыми, золотистыми. Обледеневшие ветви берез свисали над головой стеклянными аркадами, издавая тихий звон при малейшем дуновении ветерка. Все вокруг казалось выточенным из хрусталя. Прежде она не могла себе даже представить, что это такое. С подернутой инеем разлапистой сосны сорвалась стайка красногрудых снегирей, осыпав девушку алмазной пылью. В лицо ударил порыв морозного ветра, разрумянившего щеки.
– Это не магия. Просто выпал снег, затем пришла оттепель, и он начал таять, а потом снова подморозило, – пояснил Алишер.
– А что это за локация? – обернулась потрясенная хильда.
– Координаты засекречены, – довольный произведенным эффектом, хмыкнул мужчина. – Но мы называем это… место зоной весны.
– Весны? Почему? – растерялась Элиа. Ни одного изученного признака весны она не наблюдала.
– А вот почему. Смотри, – маг по-хозяйски обнял ее со спины и развернул в другую сторону. Обледеневшие веточки берез кое-где уже успели покрыться нежно-зеленой дымкой молодых, еще клейких листочков. – «Зеленку» видишь?
– Зеленку? Лекарство от ран? – запуталась иномирянка, сосредоточенно нахмурив лоб.
– О Боги! – Алишер рассмеялся и плотнее прижал ее спиной к груди. – Так в спецназе называют разную… ботанику на местности.
Девушка расслабленно откинула голову на его плечо. Почти не дыша, разглядывая маленькое чудо. Островок весны, которой она никогда не видела.
– Я поняла, эти листья и есть «зеленка»! – голос хильды был полон восторга. – Только как?..
– Наложение нескольких областей с разным ходом времени. Конкретно здесь одновременно существуют январь, февраль, и март. Время замкнуто в кольцо, темпоральную петлю и идет ускоренным потоком по принципу Уроборос: цикл замкнут сам на себя и продолжается до бесконечности. Потому снег и «зеленка» абсолютно не мешают друг другу, – объяснил боевой маг. – Это еще не все. Посмотри под ноги.
Элиа опустила взгляд и замерла, словно изваяние. Снег и лед таяли на глазах, превращаясь в бойкие ручейки. Среди оставшихся снежных островков и растущих проталин проклюнулись робкие стрелки весенних первоцветов. Девушка опустилась на колени, вдыхая неуловимо тонкий, свежий аромат, трепетно коснулась кончиками пальцев почти невесомых, нежных лепестков.