Тяжело дыша, Алишер отстранился от девушки. Не слишком – лишь настолько, чтобы привести в порядок мысли и взять под контроль взбесившиеся мужские инстинкты. Элиа оказалась прижата спиной к бревенчатой стене, в подобии «клетки» из его рук. Ощутив касание чужой ауры и ее проникновение в собственную, она подняла на мага слегка испуганный взгляд. В родном мире ничем хорошим это не заканчивалось.
– Что ты делаешь? – с трудом прошептала девушка.
– Сканирую нас на совместимость. И твоя аура отзывается не хуже, чем тело. Так что хватит болтать, – Алишер мягко коснулся губами ее губ, легко подхватил жену и отнес на кровать.
Словно завороженная, она наблюдала, как мужчина стянул свитер, брюки нижнее белье. Во взгляде хильды на обнаженного мужа сквозило любопытство вперемешку с еще неосознаваемым влечением. Элиа повидала достаточно обнаженных тел – и женских, и мужских – когда обучалась оказанию первой помощи и проходила обязательную целительскую практику. Но крепкое, тренированное тело воина, хищника, полное скрытой силы, вызывало совершенно иные эмоции. И желания, отзывающиеся странной тяжестью внизу живота. Что это, идентифицировать Элиа не смогла – опыт матери молчал. О боевом прошлом похитителя говорили и белесые следы от ран. На спине мужчины оказался вечный рисунок – изображение оскаленного тигра, окаймленное вертикальной цепочкой символов. Член уже стоял, как ракета. Девушка судорожно вздохнула, неосознанно облизнув внезапно пересохшие губы.
– Соблазняешь? – прищурился мужчина, скользя жарким взглядом по ее телу.
– Наверное, – мысленно ответила девушка, разглядывая его в ответ слегка затуманенным взглядом. Расширенные зрачки-ромбы взволнованно пульсировали.
– Получается. Только вот штанишки нам не нужны, – Алишер ловко стянул с жены армейские брюки вместе с трусиками. – Вот, так намного лучше. Они тебе абсолютно не идут.
Оставшаяся обнаженной девушка поежилась. Без одежды Элиа чувствовала себя неловко и беззащитно.
Алишер мягко привлек ее к себе, в мимолетной, успокаивающей ласке провел ладонью по бедру. Прикосновение ее груди вызвало прилив такого дикого желания, что хотелось зарычать. Но это бы точно испугало его маленького синеглазого олененка. Когда его «ракета» коснулась ее живота, девушка замерла и непроизвольно попыталась отстраниться. В его руках Элиа напоминала хрупкую фарфоровую куколку. Ее тело с такой готовностью отзывалось на ласку, а нижние губки манили шелковой гладкостью. Алишер вспомнил, что у женщин ее расы не бывает волос на теле. А мужчины его по понятным причинам не интересовали. Он еще не имел дела с невинными девушками и всерьез опасался, что причинит ей боль. Все-таки автомат привычнее.
– Не бойся, синеглазка, я умею быть нежным, – ухо щекочет горячее дыхание. – Сегодня все только для тебя.
Сильные руки обвивают талию, плечи, неторопливо гладят спину, растворяя остатки напряжения. Ласковый взгляд теплых медовых глаз. Элиа не первый раз видела, как они меняют цвет, и это завораживало. Но она не могла и представить, что этот захватчик может так согреть одним взглядом, одним прикосновением. Одним поцелуем. Теплые губы настойчиво и так нежно коснулись дрожащих ресниц. Элиа неуверенно обняла мужа в ответ, прижалась всем телом, словно напитываясь его теплом и уверенностью. Подчиняясь какому-то странному порыву, забросила на его бедро ногу, вызвав рваный выдох.
– Ты меня с ума сводишь, – прошептал Алишер, бессовестно изучая ладонями каждый изгиб желанного тела. – Твоя кожа, волосы, запах… как пожар, как наваждение.
Опрокинув девушку на спину, он вновь накрыл поцелуем ее губы. Жадно, почти яростно. Элиа тихо застонала ему в губы, выгнулась и обхватила ногами его бедра.