— Но это не означает, что я не мерзну. И вампир я всего лишь на половину если ты помнишь! — Ога закатила глаза.
— Девочки, хватит ссориться. — Я посмотрела на них по очереди, брат недовольно фыркнул, что повеселило меня.
— Я не удержусь до дома, хочу посмотреть сейчас!
Глава 5
Мои желания так и остались неудовлетворёнными. Слоун упрямо отвергала идею остаться в городе, и мой брат не смог ей отказать. Поэтому мы поспешили домой.
В темной гостиной на первом этаже Каллум сидел у камина, его лицо освещалось теплым светом пламени, а тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения. Он подбрасывал в огонь поленья по просьбе Слоун, а я нетерпеливо расхаживала по комнате, размышляя о кольце. В нем было нечто, что не давало мне покоя.
Каллум обернулся и, посмотрев на меня, прищурил глаза, словно пытался разгадать мои мысли.
— Может, уже начнем? — Обратилась я к нему, ощущая, как внутри меня нарастает напряжение.
Он подошел ко мне и, лениво пошарив в кармане, достал кольцо. Его блеск был ослепительным, но в то же время зловещим.
— Ты, кажется, говорил, что видел такое где-то? — Подошла к нам Слоун.
Каллум значительно замялся; на его лицо появилось легкое волнение, но тут же пропало.
— Я не особо в этом уверен. Такие кольца явно есть у многих.
На секунду мне показалось, что он лжет и точно знал, где видел это украшение. Но сейчас мне это было не важно; я закрыла глаза, прощупывая свою силу. По комнате заклубился черный туман, мое дыхание участилось. В голове мелькнул образ незнакомого мне мужчины, но его запах был узнаваем. Я отчетливо его помнила, ведь его запах был точно таким же, как мой. Я резко открыла глаза, от испуга моя рука дернулась, и кольцо упало на пол с тихим звоном. Каллум тут же наклонился и поднял его.
— Что ты увидела? — голос Слоун звучал взволнованно.
— Мужчину. — прошептала я, чувствуя, как холод пробирает меня до костей.
Каллум нахмурился.
— Ты его знаешь?
— Нет, но дело не в этом. Ты был прав. Запах и след и вправду не принадлежит Бронну...
Каллум восторженно хлопнул в ладоши.
— Я же говорил! — его улыбка была широкой и искренней, но я не могла разделить его радость. Я чувствовала себя опустошенной. Такого не могло быть; я никогда не ошибаюсь, да и кольцо было не моим.
—...Запах принадлежит мне, — произнесла я тихо, смотря на брата. Веселье в его глазах тут же сменилось замешательством.
— Ты уверена? Может это ошибка? Попробуй еще раз!
— Я не ошибаюсь! — зло прошипела я. Каллум поник, его взгляд метнулся к Слоун. Между ними шла молчаливая борьба; я не могла понять ее причину. Первая сдалась Слоун, слегка улыбнувшись, она направилась к выходу из гостиной.
— И что это было? — я удивленно смотрела на удаляющуюся спину подруги.
Каллум лишь отвернулся и пошел к рядом стоящему креслу. Расположившись в нем, он начал разглядывать огонь в камине. Его молчаливость, начала меня раздражать; обычно его не заткнуть даже кляпом. Я подошла к нему и провела ладонью возле его лица.
— Эй! Я все еще тут!
— Она пошла к нашему отцу! — Он был явно раздражен. — Тебе тоже пора идти!
Он, похоже, издевался. Это я должна быть в ярости. Возможно, меня подставляют, и уже завтра казнят вместо Бронна. Ну хоть друга освобожу, как и хотела. Всё же я была права; Бронн на такое злодеяние не пошел бы.
— Зачем ей к нашему отцу? — Я не собиралась уходить, пока не получу ответ.
— Наверное, сказать, что твой дружок не виновен. — Он устало потер лицо.
Я ничего не сказала. Какой был в этом смысл? Каллум каждый раз ведет себя как ненормальный: сначала злится, потом делает вид, что этого всего не было. Решив что мне здесь ответов не добиться, а идти к отцу с вопросами бессмысленно, я направилась в свою комнату.
Я сидела у зеркала, погрузившись в свои мысли и расчесывая волосы, когда дверь в мою спальню осторожна приоткрылась. С такой наглостью в мою комнату мог заявиться только Крейвен, я приготовилась крепко на него наорать, особенно за перепалку с его невестой. Но вместо любовника мне довелось увидеть, заплаканную, рыжую девочку — Брайер.
Сердце у меня сжалось от жалости. Я мгновенно встала с кресла и подбежала к ней. Как только я обняла ее, она разрыдалась еще сильнее, и я крепче прижала ее к себе, стараясь передать ей всю свою поддержку. Я очень любила эту девочку, как и ее старшего брата Бронна. Брайер было всего пятнадцать, и я помнила, как впервые увидела ее завернутую в маленькое одеяло. Дети в нашем Клане были большой редкостью, и их появление всегда воспринималось как чудо. Многие начинали создавать семьи только ближе ко второму веку своей жизни, а если бы все долгожители начали рожать, мест на нашей горе стало бы гораздо меньше — нам негде было бы жить.