Д: Нет.
М: Хорошо, потому что позже вы все же оставляли такие вещи неразрешенными.
Д: Я подхватил эту болезнь. [Смеется.] В то время я еще не был испорченным парнем!
М: Тони много раз оказывается в ситуациях, где ему приходится решать, убивать кого-то или нет, и ответ обычно таков: «Я убью его».
Д: И он убивает людей, хотя ему не следует убивать их лично.
М: Неудачное нападение на Тони в «Изабелле» — очередной пример того (это применимо и к «Колледжу»), что Тони выглядит счастливее, когда он убивает кого-то или с кем-то сражается?
Д: Я совершенно в этом уверен. В случае Тони, как я думаю, на биохимическом уровне вырабатывается что-то вроде естественных наркотических веществ.
М: Вы упомянули наркотики, а мы часто сталкиваемся с наркотиками в сериале, многие люди либо употребляют их, либо находятся в стадии ремиссии, либо втягиваются, либо прекращают…
Д: И затем снова начинают.
М: Насилие — это наркотик для Тони?
Д: Думаю, надо сказать: «Да».
А: Апельсиновый сок — выражение уважения к «Крестному отцу»?
Д: Не то что бы я знал об этом!
А: Что касается значения яиц в «Клане Сопрано», яйца символизируют смерть, а Валентина взбивает яйца, и поэтому она только получает ожоги, но не умирает! Вы сознательно использовали яйца?
Д: Абсолютно! [Смеется.]
М: То есть яйца в «Клане Сопрано» — это то же самое, что и апельсины в «Крестном отце».
Д:[саркастически] Точно!
А: Когда сериал вышел на экраны, он был весь отснят или что-то в процессе доснимали?
Д: Был весь отснят.
А: Я спрашиваю, потому что есть пара эпизодов — «Легенда о Теннесси Молтисанти» и «Хит — это хит», — которые кажутся написанными в ответ на обвинения в клевете, которые вы получили.
Д: Я знал, что так будет. Когда я работал над «Досье детектива Рокфорда», мы постоянно с этим дерьмом возились. В то время нельзя было давать людям итальянские имена: раз гангстер, то должен быть «Мистер Андерсон» или что-то вроде того. Это было постоянной проблемой. Мне кажется, как раз в то время убили Джо Коломбо [босс американской мафиозной семьи Коломбо, одной из так называемых «Пяти семей» в Нью-Йорке — Прим. пер.]. Когда я работал над сериалом «Северная сторона» (Northern Exposure), после того, как из него ушел Джон Фолси, мы сделали один эпизод, где были пять семей на Сицилии, — нет, не мафиозных, а просто «пять семей», между ними существовали какие-то договоренности, совещания, согласования и прочая ерунда. Боже, что поднялось, какой страшный вой.
Поэтому я знал, что произойдет. Когда мы только начинали, я спросил HBO: «Не следует ли мне поменять фамилию снова на отцовскую»? [настоящая фамилия Дэвида Чейза — Де Чезаре — Прим. пер.] Они ответили: «Нет, не надо. Вас знают как Дэвида Чейза. Пусть так и остается». Я подумал, что было бы лучше, если бы люди видели, что я итальянец и что я имею право делать со своими корнями то, что хочу.
А: Первый сезон заканчивается вселенским ливнем. Все собираются в «Везувии». И потом почти каждый сезон заканчивается тем, что семья собирается вместе за ужином — вплоть до последней сцены сериала. Когда вы это в первый раз сделали, то посмотрели и сказали: «Отличный способ соединять все воедино»? Или просто так получалось?
Д: Так получалось. Мне это кажется правильным, пища очень важна для итальянцев как субкультура.
В моей семье все хорошо готовили. Мать отца — очень хорошо. Моя мать — так, нормально. Некоторые блюда хорошо делала. Отец хорошо готовил. У меня еще две тетушки было (так-то у меня тетушек, наверное, человек пятнадцать) — вот они примерно между отцом и матерью. Три или четыре тетки прямо отличными поварами были. И каждая из женщин сплетничала по поводу другой. Тетя Эди по каким-то своим соображениям клала сахар в мясную подливку, а моя мать и ее сестры смеялись над этим у нее за спиной, прямо серьезное дело развели: «Ты можешь себе представить — сахар туда кладет!»
А: Вы тогда уже знали (ведь до третьего сезона это никак не проявлялось), что мясо — один из провокаторов панических атак у Тони?
Д: Понятия не имел.
А: А Джимми Альтиери тоже был крысой, или Маказиан просто перепутал этих двух толстых брюнетов?
Д: Он был крысой.