М: Дети обычно повторяют ошибки родителей.
Д: Думаю, именно так. Вот почему мир все еще остается гребанным местом. Поколение за поколением, за поколением.
Часть четвертая. «У нас были проблемы»
Брак Сопрано разваливается, Ральфи должен уйти, Сильвио думает о Дне Колумба
Алан: Вы вернулись уже после 9/11. Как события 9/11 повлияли на сериал?
Дэвид: Я думаю, мы сами не знаем как. Понимаете, мы каждый день ходили на работу в Silvercup Studios, и наши окна выходили на Ист-Ривер. Мы каждый день смотрели на очертания Манхэттена, а Центра Всемирной торговли не было. Огромное напряжение. Люди входили и говорили: «Вы сегодня новости смотрели?» Похоже, как сейчас с Трампом: «Вы слышали, что он сегодня сказал?»
Люди говорили, что после этих событий сериал становится мрачнее и мрачнее, а Тони все хуже и хуже. Я не согласен, но, может, я просто не вижу. Мне кажется, сама ситуация в стране становилась мрачнее и мрачнее.
А: На протяжении всего сезона вы видите медленный распад брака, который Тони не замечает. Сколько вы хотели использовать деталей, чтобы заставить Кармелу понять, что она должна уйти?
Д: Я пытался дать тему каждому сезону. Тема первого сезона — Тони выступает в качестве сына. Затем Тони выступает в качестве родителя, затем — в качестве мужа. И так далее.
А: А четвертый сезон весь посвящен браку?
Д: Да, вы правы.
А: Как возникла идея использовать Фьюрио в качестве одного из клиньев, вбитых в брак?
Д: Когда Федерико появился в сериале, он привнес некоторые флюиды. Он привлекательный парень, и он каждый день приезжал за Тони, поэтому такой поворот казался реалистичным.
А: В этом сезоне был момент, где Кармела с Фьюрио могли бы довести дело до конца, или все должно было обернуться расстройством и разочарованием?
Д: Я думаю, дело шло к тому, но… Если ты переходишь дорогу парню вроде Тони, то понятно, что произойдет в такого рода отношениях. Я думаю, она, возможно, боялась.
А: За себя, за Фьюрио, за них обоих?
Д: Хороший вопрос. Правда, хороший вопрос.
М: Вы думаете, Тони мог бы нанести ей физический вред, если бы она изменила ему, а он узнал об этом?
Д: В зависимости от ситуации, да. Думаю, он мог был ударить ее.
А: Внезапный отъезд Фьюрио после его решения не толкать Тони под крутящийся винт вертолета порой расценивается нами как самый заметный спад-антиклимакс. А в какой-то момент были мысли о прямом конфликте?
Д: Мне это никогда не было интересно. Это казалось таким ожидаемым — два парня в конце концов подерутся.
М: В этом сезоне много связано с отношениями и браками: напряжение между Арти Букко и Шармейн, Бобби теряет жену…
А: А еще Кристофер и Адриана. Для них это большой сезон.
М: Во многих отношениях «сезон браков».
Д: Он должен был быть о браке Тони и Кармелы, но я никогда и не думал, что в центре четвертого сезона оказывается столько браков и отношений.
М: Это показывает, как много в этом процессе интуитивного. Я смотрю на этот сериал как на витражное окно в церкви: как великолепно пригнаны все фрагменты. А оказывается, что вы и другие авторы просто независимо плели свою нить, а потом как-то соединили все воедино.
Д: Какие другие авторы?
М: Ну, у вас есть другие люди в комнате сценаристов, кроме вас, я это имею в виду.
Д: Да, да. Но я должен сказать, что они свои нити не плели. Направление сериала определял я. Главный продюсер сериала определяет архитектуру.
М: Давайте поговорим об этом процессе. Когда вы смотрите эпизод из «Клана Сопрано», вы видите: «Сценарий Дэвида Чейза и Теренса Уинтера» или «Робина Грина и Митчелл Берджесс». Что на самом деле значат эти титры? Они писали весь сценарий? Или кусок? Это та ситуация, где вы вместе работаете, а потом говорите: «О’кей, я поставлю ваши имена в пятом эпизоде»?
Д: Ты приходишь в комнату и выдаешь историю. Мы так это называем: «выдавать историю». Мы с Дэнис уезжали в наш дом во Франции, и я думал об этом пару месяцев, затем я рассказывал ей обо всем, что было у меня в голове. Она подбрасывала мне идеи, или я видел, где она смеется, а где нет. Я возвращался с уже готовым сюжетом сезона, и у меня была большая схема от одного до тринадцати. Я набрасывал сюжет, набрасывал всю историю — на все тринадцать эпизодов. Например, первый сезон был помечен: «Тони против матери». Это было похоже на три ноты в произведении для оркестра. Затем все начинало раскручиваться, все больше и больше усложняться, так что это уже была не одна история о Тони, а три истории о Тони, история Криса и две истории Кармелы.