- Поверь, мне было больнее, - прошептал он, целуя её в висок. – Ты нужна мне, Мэг. И если бы ты могла ощущать запахи чувств – ты бы поняла, что я тогда тебя обманывал. Ты бы уже давно почувствовала, что я не могу без тебя жить. Скажи мне теперь, хочешь ли ты прожить со мной эту жизнь, хочешь быть моей женой?
Мэг задумалась, нерешительно хмурясь, она то смотрела в его ожидающие глаза, то отводила взгляд в сторону.
- Я уже боюсь, что после примирения ты снова можешь унизишь меня или оттолкнуть, я не знаю чего ожидать от тебя в следующее мгновение. Сегодня ты нежен со мной, а завтра едва замечаешь. Я боюсь, что не выдержу следующей боли. Ты так же убедителен и в своей ярости и когда признаешься в любви. Какому из Ральфов мне верить?
- Ты знаешь, что я такой и все же это не мешало тебе отдать мне своё сердце. Да, … я легко впадаю в гнев и ярость! Мне достаточно того, чтобы увидеть, как ты мило улыбаешься своему хромому другу или перечишь мне. Да, я бываю груб и высокомерен, и ещё мне присущи многие «прекрасные» черты лугару и даже более, но таковы мы есть. Просто несмотря ни на что, ты не должна сомневаться, что в глубине моей души – ты будешь жить всегда. … Ты нужна мне, Мэг, но в тоже время только я буду повелевать тобой, а ты должна полностью подчиниться мне. Ты принимаешь такую любовь лугару?
- А если нет, ты убьёшь меня? – горько усмехнулась Мэг. – Беда в том, что и ты мне нужен, Ральф. – Она вздохнула. – Ты хитрый зеленоглазый волк, ты знал, что я не смогу устоять перед тобой, перед этой твоей очаровательной улыбкой, которую ты вытаскиваешь из глубины своей сути.
- Заметь, что это только для тебя! – заговорщицки усмехнулся князь, не выпуская Мэг из своих объятий. – Итак, я принял твоё согласие, и мы можем попробовать жить вместе и дальше, тебе придется меня терпеть, потому что больше я тебя никуда не отпущу! А сейчас … мы можем выпить по этому поводу холодного мьячи. Отметим это как день победы над всеми нависшими над нами проклятьями! За нашу силу! Устроим пиршество? – подмигнул он.
- Как самый спокойный и счастливый день в нашей жизни? – поддержала его Мэг. – С удовольствием, мой князь! – добавила она с притворной покорностью, и хитро улыбнулась.
Глава 19
В просторном зале, собрались те, немногие, которым Ральф позволял себе доверять. Это был распорядитель, конечно же, Магнус и сотенные командиры. Мэг сидела рядом с князем, то и дело поглядывая на колыбель, в которой сопел их сын. Она присутствовала здесь как жена князя, и, не смотря на то, что все эти лугару уже хорошо знали её, Мэг ощущала повисшее в воздухе напряжение. Было очевидно, что лугару склоняются перед волей князя, но они не приветствуют женщину из смежного мира в качестве жены их вожака. Это читалось в беглых напряженных взглядах, в морщинах на нахмуренном лбу, в сдержанных эмоциях. Похоже, лугару понимали, что Ральфа привязывают к ней сильные чувства и вот этого они как раз и не понимали. Её принимали в Фархаде в разных ролях: жертвы, заложницы, рабыни, прислуги, но только не как равную им, даже, несмотря на то, что она подарила клану наследника. А князь поставил её выше некоторых присутствующих здесь. Но это не было его неосторожностью, скорее Ральф намеренно хотел увидеть, за чьей же маской скрывается потенциальный внутренний враг, кто питает к нему тайную недоброжелательность, князь мягко, но дерзко провоцировал своих людей, чтобы в последствии оставить подле себя только самых надежных.
Мьячи было налито, кубки подняты в воздух, … но осушиться им было не суждено. …
Двери с шумом распахнулись, все факелы в зале потухли, послышался звон разбившихся об пол кубков. Затем огонь вспыхнул снова, и все увидели возникшую, закутанную в чёрный дым фигуру посреди зала. Мэг мгновенно ощутила, что её тело будто пригвоздили к месту, язык лишился дара речи, руки стали тяжелые и неподъемные, она не могла пошевелить ни ногой, ни головой, живыми оставались только глаза. И это состояние охватило всех присутствующих, исключая лишь явившегося незнакомца. Мэг отчетливо увидела ужас на лице Магнуса.
Незнакомец распахнул чёрный плащ и сбросил капюшон. Перед ними предстал седовласый старец лугару, его лицо было изборождено глубокими морщинами, а волчьи глаза горели злыми и испепеляющими огоньками стальных искр. Он окинул замерших лугару презрительным и суровым взглядом. Когда он заговорил, Мэг поняла, что мерзким у него было не только лицо, но и голос:
- Веселитесь? Празднуете победу? Как опрометчиво с твоей стороны, Ральф! Ты слеп и глуп, мой бедный мальчик! Твой чародей пытался создать в вашем клане безграничную власть над Джафрат-Киром, но я принял решение помешать ему в этом замысле. Ты удивлён? Ну как же, разве ты так и не рассказал ему, Магнус о его сыне? Нет? Вижу, все остальные пребывают в том же неведении. С удовольствием раскрою перед вами лицо смерти. Так вот, не было никакого проклятья! Магнус планировал все это уже с твоего рождения, Ральф. То, что у тебя не было наследника с твоей женой лугару, это была его работа. Как-то он просил совет чародеев дать разрешение князю клана зверя родить наследника от женщины из чужого мира. Поначалу не увидев в этом никакой угрозы, мы дали согласие на проведение обряда, тем более он платил нам душами лугару. Чтобы жила наша древняя магия, нам были нужны эти души. Вначале это были твои воины Ральф, но потом нам захотелось больше, нам понадобилась другая энергия и жертвой стала Сирена и даже мудрый Аттил, Магнус отдал нам их всех. Младенец явился на свет, и только тогда мы поняли, как же мы ошибались. Его энергия опасна для нашего мира, он нарушит равновесие Джафрат-Кира! Его необходимо уничтожить, используя его душу для укрепления магии нашего совета. Твой хитрый умысел, Магнус, раскрыт, и ты будешь жестоко наказан! А на тебя, мой неразумный Ральф, теперь я действительно наложу проклятье бесплодности, которое снять будет уже невозможно, да у тебя и времени не хватит. Уже через несколько недель тебя свергнут твои же вожаки стай и на твоё место поставят другого наследника Малика. Прощайте, ничтожные существа, пусть процветает наш хищный и тёмный мир Джафрат-Кира! – После этих слов, седовласый демон ткнул в Магнуса костлявым когтистым пальцем, проворачивая рукой, он прошептал какие-то слова и старый чародей князя, рассыпался в прах. Затем, на глазах у всех, незнакомец подошел к колыбели, достал Лукаша и растворился с ним в воздухе.