- Даю клятвенное слово! – отрезал Ральф. – Если ты родишь мне сына – стая Аттила останется невредимой, но если ты передумаешь – вы все умрете, и я вместе с вами, и ещё многие, кто этого не заслуживает!
- А что будет потом? … Если всё-таки ребёнок родится? – таким же слабым голосом спросила Мэг. – Тогда я буду уже не нужна, и ты убьешь меня?
Ральф смерил её внимательным взглядом и помолчав, ответил:
- Я отпущу тебя. Обещаю при всех, чтобы не опорочить свою честь, нарушенной клятвой – я клянусь, что ты получишь право стать свободной, если конечно не вступишь в сговор с врагами и не нарушишь главных законов лугару.
Мэг грустно усмехнулась, глотая слёзы, и проговорила уже более твёрдым голосом:
- А придраться ко мне можно в любой мелочи, из любого слова высосать угрозу предательства. Князь может и не сдержать клятву, данную чужачке, за это его не осудят. – Мэг перевела дух и продолжила, - Я поеду с тобой, если ко всему прочему ты пообещаешь, что не будешь отбирать первенцев в стае Аттила.
Ральф возмущенно фыркнул и задумался.
- А их жизней тебе мало?! – недовольно проговорил он. – Этот закон не мной был установлен, не мне его и отменять!
- Но твоя жизнь этого стоит! – возразила Мэг, - Твоя власть, то, что твой род продолжит править кланом. Это хорошая плата за мою страшную участь!
- Твою участь? – презрительно удивленно хмыкнул он. – А что на это мне скажут другие стаи? Я буду ставить условия, а не ты!
- Правда? – Мэг неожиданно вырвала у стоявшего поблизости Войта, кинжал и приставила его острие к своему животу. – А если так?!
Глаза Ральфа снова угрожающе сузились, а руки стали вздрагивать от лютой ярости, которую он изо всех сил пытался сдерживать в себе, призывая на помощь все крупицы имевшейся мудрости.
- Хорошо, - прошипел он. – Если ты дашь слово больше не вымогать у меня исполнения новых требований в обмен на свою жизнь. Это окончательные условия обмена. Стая Аттила будет жить, не отдавая дань перворожденными, а ты отправишься со мной добровольно, и добровольно будешь терпеть всё, что от тебя потребуется. И если сейчас хоть кто-нибудь, снова приставит к тебе этот проклятый кинжал, требуя ещё что-то, я клянусь Мозгером, здесь не останется ничего живого, и мне на тебя будет уже наплевать, я найду другой выход. Ясно всем?!! – угрюмо прорычал он.
Мэг кивнула, бросая кинжал на землю.
- Вот и замечательно! – Ральф резко схватил её за руку. – Пойдём! Пустые обозы пришлёшь позже! – бросил он в сторону Аттила, таща за собой Мэг. Но она принялась вырываться, оглядываясь назад, не в силах оторвать взгляда от близких ей лугару.
- Что ещё?! – рявкнул Ральф, не выпуская её руки.
- Я хочу проститься, - выдавила Мэг, еле сдерживая всхлипывания, глядя в полные ужаса глаза Войта, и сочувствующие глаза Шер.
- Такого условия не было! – жестко отрезал князь. – Теперь ты подчиняешься моей воле! Они получат то, что ты хотела, а я получу то, чего хочу я! А я не желаю потакать твоим глупым прихотям. Ты принадлежишь мне, как эта псара, и желательно, чтобы ты и молчала, так же покорно, как она! – Он вскочил на оседланное животное и, подхватив Мэг, усадил её впереди себя.
Ральф ещё раз взглянул на угнетенную молчанием стаю.
- Она подарила вам жизнь! – выкрикнул он, трогая с места псару.
За ним помчался небольшой отряд его всадников, остальные, пешие воины, потянулись длинной вереницей, возвращаясь обратно в Фархад. Осталось лишь несколько воинов сопровождавших груженые обозы.
Шер тяжело вздохнула, провожая печальным взглядом удаляющегося князя.
- Она пожертвовала собой ради нас. Мы всегда должны это помнить! А вы будущие матери, должны почитать Мэг и передавать своим сохраненным первенцам чувство уважения к женщине из внешнего мира, - сурово произнесла она своим хриплым голосом.
- Правда, мы чуть не погибли, но ещё раз убедились в мудрости нашего Аттила, - сказал кто-то из стаи. – Эта девушка принесла нам выгоду!
- Выгоду? – прошипел Войт. – Её сущность не вынесет издевательств нашего князя, пока ты будешь пить здесь мьячи – он изувечит её, лишив рассудка! Я проберусь в Фархад и убью Ральфа! – злобно добавил он, полный решимости.
- И тогда казнят тебя, Мэг и всю нашу стаю! Не будь безумцем, хватит с нас одного Ральфа! Она поступила так, чтобы мы все смогли выжить, и ты в том числе! Будем уважать поступок этой девушки, и возможно, через время, мы снова встретимся с ней, - мудро изрек Аттил, кладя руку на плечо не терпеливо вырывающемуся сыну.
- А я не хочу так жить, зная, что за мою жизнь расплачивается это хрупкое создание, и чем она расплачивается, за каждый день моего существования! – негодующе вскричал Войт, бросая взгляды на непреклонного отца.